Он вернётся к нам, просто обязан, когда у него здесь душа. Я бы вернулся. Такую девочку нужно долюбить.
Заглядываю в его глаза, и вновь хочется рыдать. У него такие черные глаза, как у Мирона. Почти одинаковая бездна.
— Кто это сделал? И зачем? — спрашиваю я, пытаясь дышать ровно.
— Я ещё не знаю. Не знаю… — очень холодно отвечает Арон. — Но, поверь, я выясню, кто это, — с яростью сквозь зубы проговаривает он.
— Если бы не ребята из охраны… они так быстро сработали.
— Это давно четко отработанный манёвр.
Были покушения и на отца, и на Мирона.
— Зачем? Кому это надо?
— Ох, принцесса. Где крутятся большие деньги, возможности и власть, всегда кружит много стервятников. Я навскидку могу назвать тройку имён, кому выгодна смерть Вертинского до вступления в силу завещания. Не вникай, принцесса. Все будет хорошо.
Я почти не плачу, и мне уже не холодно. Арон словно имеет дар убеждения, его голос успокаивает. Ему безоговорочно веришь. Он такой же сильный и большой, как Мирон.
— Можно мне к нему? — уже без истерик прошу я.
— Можно, но завтра, при условии, что ты поедешь домой, отдохнёшь и выспишься. Да и Алиса тебя потеряла. Сейчас к нему и правда нельзя. Операция была сложная.
Киваю, соглашаясь. Пытаюсь снять толстовку и отдать Арону, но он не позволяет и провожает меня к машине с водителем. К той самой машине. Несмотря на то, что салон уже отмыт, пахнет кожей и полиролем, я все равно сажусь на переднее сиденье. Не могу ехать сзади, воспоминания настолько живы, что до сих пор жутко.
Домой приезжаю к часу ночи. Тихо поднимаюсь к себе в комнату, вхожу на цыпочках, чтобы не разбудить Алиску, но сестру в комнате не нахожу. Странно. Заглядываю в ванную – пусто, и кровать идеально заправлена, словно ее здесь и не было. Сердце опять заходится аритмией. Боже, этот день когда-нибудь закончить или нет?! Выхожу в коридор, спускаюсь вниз, просматривая все диваны и кресла. Бывает, Алиса засыпает перед телевизором. Но, нет, ее нигде нет. И Люды нет. Выбегаю на улицу и несусь к посту охраны, чувствуя, как снова заканчивается кислород.
Я даже не представляю, где она может быть, но молю бога, чтобы все было хорошо, иначе я не переживу.
— Где моя сестра?! — без церемоний спрашиваю, залетая в домик охраны. В комнате пахнет табаком и кофе, много мониторов, на которых вид дома с разных ракурсов, и два парня, следящих за всем. Они удивлённо округляют глаза, не ожидая от меня такого выпада. — Где моя сестра?! — требую ответа.
