– Помыкает Анемоной, строит какую-то ненужную нам гадость и всё навязывается, себя любимого превозносит, мол, только он остановит убийц, меня сам хотел вылечить… Ну ничего, Ореола с Потрошителем разберутся и придумают, как выставить его из нашего леса!
– М-м… – покачал головой дракончик. – К сожалению, не всё так просто. Он им нравится – во всяком случае, они так думают. Я уверен, что тут действует магия. Какое именно заклятие, не знаю, но, похоже, каждый, кто встретится и поговорит с Мракокрадом, начинает считать его добрым, честным и безобидным.
– В каком смысле, каждый? – вытаращила глаза маленькая радужная.
– В прямом, – кивнул Карапакс. – Даже Холод, причём он хуже всех.
– Лягушки и слизни! – Кинкажу почесала нос, мерцая задумчивыми тёмно-синими оттенками. – Ну и дела! Я-то думала, он просто так уверен в себе… что своими льстивыми подходцами добьётся чего угодно без всякого волшебства.
– Может, и так, – пожал крыльями дракончик, – но тогда, в прошлом, у него не получилось, вот и решил подстраховаться магией… – Он стал рассказывать об истории Мракокрада и волшебном свитке, а заодно о Беде, королеве Пурпур и спасении Града – во всяком случае, то, что знал сам.
Когда закончил, уже опускались сумерки.
– Ну и ну! – сердито проворчала радужная, мерцая оранжевыми всполохами. – Я и в самом деле пропустила всё на свете. Так нечестно!
– Зато сейчас поспела как раз вовремя, – успокоил её Карапакс. – Мы с тобой единственные драконы в Пиррии, кто не боится чар Мракокрада… А значит, ты одна можешь остановить его.
– Почему это я одна, а не мы?
Он смущённо переступил лапами.
– Ну… мне кажется, тебе это как-то больше подходит. Я…
– Послушай, Карапакс! – перебила Кинкажу, шлёпая его хвостом, так что дракончик едва не свалился. – Конечно, подходит, но я хочу с тобой! Спасать мир вместе с друзьями и веселее, и безопаснее. – Она оскалилась в улыбке, и он внутренне поёжился, вспомнив о любовном заклятии Анемоны.
– Дело в том, что я вовсе не героический дракон, – развёл он крыльями. – Ленивый, планы строить не умею… И всегда прячусь, когда случается что-то плохое.
– Но ты же придумал, как меня разбудить! – горячо возразила она. – И разве ты сейчас прячешься? Сам кинулся туда, где всё плохо! А когда полетел искать нас с Луной и остальными – разве это лень или трусость?
– Ну так то я с Бедой… Вообще я, наверное, умею выступать только в роли какого-нибудь незадачливого соратника.
– Так это же здорово! – просияла радужная, весело подпрыгивая на месте.
