— Машина? — Даркадо холодно покосился на съежившегося в кресле второго пилота Павла, поморщился, но ответил честно: — Машина хороша, Бааламестре, этого не отнять.
— Мы старались, синьор адмирал.
— Я вижу.
Переодеваться в летный комбинезон и шлем старый вояка не стал, снял галстук, сменил китель на цапу и в таком виде отправился в полет. Обычно адмирал не давал спуску нарушителям устава, однако сейчас им управлял позабывший о правилах мальчишка, который терпеть не мог муштру и дисциплину. Сейчас Даркадо переживал настоящее приключение, возможно последнее в жизни, и хотел насладиться им в полной мере.
— В молодости я любил покорять вершины…
— Лазали по горам, синьор адмирал? — удивился Каронимо.
— Отличный спорт, между прочим.
— Поверю на слово.
Даркадо поджал губы, но сдержался, грубить не стал, цокнул языком и продолжил:
— Так вот, пузатый, в свое время я стоял на вершине Дылды, а это, между прочим, три лиги, как раз та высота, на которую мы хотим подняться.
— Ты не просто так об этом вспомнил, — быстро произнес Гатов.
— Сынок, разве тебя не учили говорить людям «вы»?
— На вершине, — напомнил магистр. Его интересовали только факты. — Что там случилось?
Старик вздохнул, но ответил:
— Там тяжело дышать.
Ученые переглянулись.
— Разреженная атмосфера, — протянул Павел. — Когда я дорабатывал кузель, я это учел. — И тут же поправился: — Но только кузель, о людях я не думал.
— Кузель без пилота — всего лишь кусок металла.
— Как вы себя чувствуете? — заботливо осведомился Бааламестре.
— Пока хорошо, но мы еще у самого моря. — И Даркадо рассмеялся.
Настроение было отличным. Паровинг послушен, как хорошо дрессированный пес, двигатели, насколько можно судить по шуму, работают ровно, и тяжелая машина степенно набирает высоту — пару минут назад они преодолели половину лиги.
— Можно предусмотреть баллоны с кислородом, как это делают в цеппелях, — негромко произнес Каронимо. — И подавать газ по мере необходимости.
— И нужно хорошо герметизировать кабину, наверху холодно.
— Даркадо вновь рассмеялся. — О чем вы вообще думали?
— Извините, синьор адмирал, но печь утяжелит конструкцию.
— Поставьте двигатели мощнее.
— Можно использовать тепло кузеля, — пробормотал Гатов, сосредоточенно грызя ногти правой руки. — И передавать его в помещения с помощью… Эй, что ты делаешь?! — Адмирал потянул штурвал на себя и резко увеличил скорость. — Подниматься нужно медленно!
— Я взбирался на Дылду трое суток, сынок, мне пришлось ночевать на склоне.
