И удар заставил Киру раскрыться.
— Думаешь, что мне это нравится? — вырвалось у девушки.
Машинально вырвалось, необдуманно, криком души. В следующий миг Кира беззвучно обругала себя за несдержанность, покраснела от злости на себя, но услышала дружеское:
— Теперь не думаю.
И расслабилась.
«Он ведь хочет искренности, так почему бы нет? Почему не сказать лысому то, что накипело, наболело, почему не сказать ему правду?»
Девушка подперла голову кулачком, вздохнула и мечтательно улыбнулась:
— Гатов придумал сверхдальний паровинг, на котором можно облететь всю Кардонию, и ты не представляешь, как бы я хотела отправиться в это путешествие… В обыкновенное путешествие… Без бомб под крылом, без пушек и пулеметов.
В путешествие. Я хороший паровингер, Помпилио, я хочу летать.
— Представляю, — тихо отозвался дер Даген Тур. — Собственно, Кира, я единственный здесь человек, который представляет, о чем ты сейчас говоришь.
— В заключение хочу выразить надежду, что наши переговоры пройдут успешно и слово «Кардония» станет синонимом мира и процветания.
Фредерик дер Саандер отложил в сторону последний лист и гордо оглядел рассевшихся за круглым столом делегатов: пять человек от Ушера, пять от Приоты и пять каатианцев. Вступительная речь молодого дипломата оказалась несколько затянутой, местами излишне пафосной, но в целом пустой. Именно такой, каким и должно было стать вступительное слово к весьма непростым переговорам, больше похожим на старинный рыцарский турнир: оружие наточено, жеребцы бьют копытами, опытные бойцы взирают друг на друга через еще поднятые забрала, но прежде чем начнется потеха, герольды бубнят собравшимся маловразумительный текст.
— Благодарю, — кивнул Фредерик вяло похлопавшим делегатам, уселся в кресло и шепотом осведомился у жены: — Как прошло?
— Ты был великолепен, — тихо ответила Лилиан, внимательно разглядывая Махима.
Молодая женщина расположилась справа от супруга, однако обошлось без нарушения протокола: еще на Каате Лилиан добилась права числиться третьим личным секретарем посланника.
— Какая часть им особенно понравилась? — Только что случилась первая «важная речь» в жизни молодого дипломата, и Фредерик жаждал говорить о ней.
— Вступление.
— Что?
— Обсудим позже.
Благодаря высоким окнам обширный зал буквально купался в лучах кардонийского солнца.
