Оно требует высокого уровня производства, квалифицированных рабочих и лучших материалов. Еще оно сложно в изготовлении и приносит большую прибыль. Мне нравится заниматься оружием, Лилиан, но я с удовольствием произвожу паротяги, паровозы, гражданские паровинги и сеялки, потому что в первую очередь мне нравится производить, понимаете? Я наслаждаюсь процессом, постепенным превращением руды в сложные механизмы, мне нравится создавать, но вот беда: паротяги и сеялки перестали покупать, а моим рабочим нужно кормить семьи.
Я понимаю — вас потрясли события на Заграте, но я должен думать о себе и своих людях, так что не нужно обвинять меня в торговле смертью. Я делаю то, что должен.
Дагомаро говорил спокойно, но слова заставили дер Саандера вернуться к извинениям:
— Поверьте, консул, мы не планировали оскорбить вас.
— Вы ведь поняли, что именно я сказала, — вздохнула Лилиан, легко прикоснувшись к руке супруга. Фредерик понятливо умолк.
— Я не хочу войны, и вы, надеюсь, тоже. И если это так, я буду во всем вас поддерживать.
— Вы будете меня поддерживать, чтобы не отдать Кардонию Компании.
— Не будьте самоуверенны.
— Я все просчитываю.
— Я вижу.
Перемена была разительной: только что Лилиан и Дагомаро говорили о принципах, о том, что их действительно волнует, говорили искренне, раскрываясь перед собеседником, и вот они с улыбкой, можно сказать, шутя, обмениваются быстрыми фразами.
«Они почувствовали друг друга, — понял Помпилио. — Лилиан подобрала к нему ключик».
А значит, половина переговоров сделана.
— У вас есть другие условия, консул?
— Только Унигарт. — Дагомаро кивнул, словно подтверждая серьезность заявления, и продолжил: — Теперь ваши условия, адира. Чего просят дары за свою помощь?
— Дары не просят, — мягко произнесла Лилиан. — Дары выдвигают условия.
— Это конфиденциальная информация. — Фредерик неуверенно посмотрел на Помпилио.
— Мессер, сожалею, но я вынужден просить вас оставить нас.
— Я с уважением отношусь к тайнам даров, — улыбнулся дер Даген Тур. — Болтайте, а мы с Кирой прогуляемся по парку.
— С удовольствием. — Девушка поднялась и взялась за ручки инвалидного кресла. — Надеюсь, я справлюсь с управлением.
— И не только с ним.
Дагомаро сморщился так, словно вынюхал щепоть тырского шмыца, но смолчал.
