— Может, я бы не была рядом с тобой, но очень бы этого не хотела…
— А толку-то от твоего желания? — касается пальцем моего подбородка, вынуждая поднять лицо. — Ты бы и на мои похороны не пришла из-за своей гордости. Я же был женат. Да ты до сих пор цепляешься за это. И ведь ничем не покроешь такие обвинения. И я от них устал.
Уходит и не оглядывается. Так себе у нас вышел разговор. Чувствую себя муторно и стремно.
Могла ли я переступить через себя и свои глупые принципы, чтобы побыть с Адамом в реанимации и подержать его за руку?
Нет, не смогла бы.
Я бы не смогла держать женатого мужчину за руку и шептать ему, что я жду его пробуждения и что буду рядом в любом случае. И мне гадко от самой себя.
* * *— Сейчас он не такой вредный, каким был раньше, — за спиной раздается шепот Анны, мамы Адама. — И эти четыре года для всех нас были испытанием.
— Вы подслушивали? — оглядываюсь.
— Любопытство — это мой главный грешок, — Анна пожимает плечами. — Это даже хорошо, что тебя не было рядом, когда он тут всех вокруг изводил.
— Что вы такое говорите.
— Знаешь, мы часто с Павлом выезжали в поле, где я кричала, — Анна приваливается плечом к стене.
— А как же насчет “и в здравии, и в болезни”?
— Ну вот, Дианочка и хлебнула его “и в болезни”, — Анна щурится. — Видимо, Адам был согласен с тобой, что раз не жена, то и нечего быть рядом и утки из-под него выносить.
— Вы.
— Злюсь, — Анна кивает. — Он не просто гонял по ночному городу, а хотел к тебе. Ты не виновата, конечно, но ты причина того, что моему сыну было больно.
Лучше бы ты была просто одной из случайных шлюшек.
Глава 37. Сложная семья"
"— Я не причина того, что он попал в аварию, — возмущенным шепотом отвечаю я. — Вот если бы я подрезала ему тормоза…
Анна недобро щурится..
— Этот разговор бессмыслен, — вздыхаю я, всплеснув руками. — и я имела право уйти. Он был женат. Он солгал мне.
— Допустим, — Анна вскидывает бровь. — Тогда был женат, но сейчас тебе что мешает не быть стервой?
— Простите?
— Он привел тебя в свой дом, Мила.
Что ты еще от него хочешь?
— Честно? Чтобы он оставил меня в покое, — цежу я сквозь зубы. — Я эти пять лет спокойно без него жила.
— А вот он нет.
— И это не моя вина! — кричу шепотом. — Он для вас любимый сыночек, а для меня он лжец, который угрожает мне, что заберет сына, если не буду хорошей девочкой.
— А неплохая идея.
Я медленно и шокировано моргаю. Была такой милой и дружелюбной, а сейчас внезапно говно поперло из всех щелей.
