— Что еще скажешь?
— Возможна депрессия, поэтому рекомендую сеансы психотерапии, — Вячеслав задумывается на несколько секунд и продолжает, — как вариант, групповую терапию. Говорят, помогает.
Может, это сон? Может, я сейчас проснусь, а под боком сладко сопит Мила? Я ее обниму, поцелую, а она сквозь сон улыбнется? Может, никуда она не убегала?
— Кстати, — Вячеслав вздыхает, — когда я после третьей операции сказал вашей жене, что вас, вероятно, ждут серьезные проблемы с опорно-двигательными функциями из-за травмы позвоночника, то она заметно приободрилась.
Медленно моргаю. Да, она будет очень рада, когда меня выкатят из больницы на инвалидном кресле. Я же подлый и коварный изменщик, и меня настигла карма.
— Конечно, потом она опомнилась и расплакалась, — спокойно продолжает Вячеслав. — После отозвала в сторонку и заявила, что из-за паники и ужаса наговорила всяких глупостей. Под глупостями она имела взятку в триста тысяч долларов.
— А за молчание денег не предлагала?
— Намекала.
— Советую ее нагреть на бабки, — облизываю растрескавшиеся губы.
— Даже так?
— Воспользуйся случаем, — усмехаюсь. — Я все равно не стану с ней выяснять отношения.
— А, может, стоит?
Удивленно вскидываю бровь.
— Для восстановления важны и хорошие взаимоотношения в семье. И рядом должна быть женщина, которая будет готова к сложностям.
— Увы, такой женщины у меня нет, — смыкаю веки и отворачиваюсь. — Зовите обратно Катюшу. Пусть заканчивает.
Глава 36. Хорошо, что тебя не было рядом
Мила— Адам, — шепчу я."
"А он сейчас не со мной.
Он будто отключился от реальности, утонул в своих мыслях.
— Адам…
Он вздрагивает, медленно моргает и шагает прочь, игнорируя мое присутствие.
— Да что с тобой? Адам! — семеню за ним. — Поговори со мной! — касаюсь его плеча.
— И что ты хочешь от меня услышать? — разворачивается ко мне. — Сама не в состоянии сделать логичные выводы из увиденного в гараже? Или мне самому надо озвучить то, что я попал в аварию, а потом три года потратил на операции, реабилитацию, физиотерапию?
— Мне жаль…
— Вот оно что, — Адам зло усмехается, — разговор нужен для того, чтобы ты меня пожалела? Ну, хорошо.
Отстраняется и стягивает футболку-поло. Откидывает ее в и разводит руки в стороны:
— Я удовлетворю твое желание поужасаться и пожалеть меня. Может, ты от меня, наконец, отстанешь?!
На животе — шрам. Он идет от груди, обходит пупок, спускается под ремень брюк, и напряженные кубики пресса подчеркивают уродство той операции, которую пережил Адам.
