Каратен ураз! Почему так тяжело сражаться с собственным сердцем? Одну ночь… Всего лишь утолить голод плоти, больше сиятельству ничего от меня не нужно. А я? Хватит ли мне этой ночи, или станет только хуже? Смогу я отделить чувства от телесного желания, насладиться им сполна, а потом забыть? Вряд ли. Мне захочется большего. Гораздо большего.
— Милорд, мы опоздаем, — пересилив слабость, заглянула в серые глаза. Их прозрачную глубину в тот же миг затопила яростная тьма.
— Снова отказываешь?
Лицо графа закаменело.
— Каррасас! Еще никогда я не унижался перед женщиной, выпрашивая ее любви, — голос сиятельства прозвучал сипло.
— Сейчас не самое подходящее время для чувств, милорд. Гораздо важнее избавить вас от угрозы попадания в Брейденваге.
Горн откинулся на спинку сиденья и прикрыл веки.
Я чувствовала, что он борется с собой. Видела, как по его лицу скользят тени. Ощущала колебания силы и старалась успокоиться.
«Твое состояние передается больным, Кэтрин, — учил меня тер Гердин. — Если твои внутренние потоки уравновешены, то и окружающим тебя людям становится легче.
Это твой дар. Твой талант. Твоя сущность».
Глубоко вздохнув, сосредоточилась на яркой точке внутри себя и попыталась сконцентрироваться. Все хорошо.
— Как ты это делаешь? — напряженно спросил Горн.
— Что, милорд?
— Ты забираешь мою тьму.
Серые глаза снова стали прозрачными. Граф смотрел на меня серьезно. Пристально.
— Кто ты, Кейт? — настойчиво спросил он. — Скажи правду.
— Всего лишь сиделка, милорд, — твердо ответила я ту единственную правду, которую знала.
Горн долго молчал, глядя на свои руки, лежащие на руле. А потом, не говоря ни слова, коснулся панели ладонью, и мобиль резко тронулся с места.
* * *На Краунинштрассе мы оказались через двадцать минут. Улицу, ведущую к Брегольскому университету, заселял в основном ученый люд — преподаватели колледжей, профессора, доктора наук и простые служащие многочисленных учебных заведений. Они селились в старинных островерхих домах с узкими стрельчатыми окнами и темными, заставленными древней мебелью комнатами.
— Здесь? — спросил Горн, останавливаясь рядом с высоким двухэтажным особнячком.
Я только кивнула.
— Идем, — отрывисто бросил мой спутник и вышел из мобиля. Дверца с моей стороны распахнулась сама собой, заставив меня усмехнуться. Галантность от Горна могла быть только такой — с изрядной долей пренебрежения.
— Благодарю, милорд, — хмыкнула я.
Граф сделал вид, что не расслышал.
