Наклоняюсь, чувствуя зловонное дыхание с примесью застоявшегося перегара и дешёвых сигарет.
— Ты за всё мне ответишь, слышишь?! За сына, за каждую слезу Иры. За все шестнадцать лет я возьму с тебя по максимуму.
Хватаю его за волосы, дёргаю голову, чтобы смотрел на жену. А она смотрит мне в глаза. И я не могу понять, чего в её взгляде больше. Страха или обвинения. Любит его? Мля, я не верю. Просто не верю. Наверное, всё же боится.
— Только попробуй закрыть глаза, — рычу Асаду в ухо. — Иначе я срежу тебе веки, и ты будешь смотреть, как твоя женщина истекает кровью.
Потом мы приведём на её место твою дочь. У тебя есть маленький шанс спасти одну из них. Назови мне одно имя.
— Всего одно? — хрипло усмехается Юнусов.
— Да. Мне хватит. Кому должен был уйти компромат с флешки и папка с «весёлыми картинками»? — продолжаю шипеть ему на ухо.
— Можешь убить её, я тебе ничего не скажу, Палач. За тобой уже пришли. Ты скоро сдохнешь, — плюётся ядом Юнусов.
— Как скажешь, — соглашаюсь я. — Фил, — отдаю команду своему парню.
Сабрина рвано дышит, чувствуя, как лезвие ножа давит ей на горло и по коже из ранки течёт липкая кровь."
"— Асад, — шепчет она, по бледным щекам текут крупные слёзы. — Асад, Ляся любит тебя. Не убивай нашу дочь, — молит женщина. — Асад…
Фил двигает рукой, я одним чётким ударом вырубаю Юнусова. И всё заканчивается. Сабрину бьёт крупной дрожью. Филипп убирает нож и отходит от неё. Женщина удивлённо смотрит на меня, на своего мужа.
— Ч-что э-то з-зна-чит-т, — стучат её зубы.
— Ты умерла для него, — говорю, глядя ей в глаза.
— И твоя дочь тоже. Сейчас вот этот парень, — киваю на Мира, — отвезёт вас в отель. Ты успокоишь дочь. Вы выспитесь. Потом я приеду, и мы спокойно поговорим.
— Ты нас не отпустишь? — дрожит её голос.
— Не сегодня. Мои люди вас не тронут. Чужие тоже. У номера будет выставлена моя охрана. Вспомни пока, что ещё важного говорил тебе этот грязный ублюдок. Имена, фамилии, называл какие-то места. Напряги память, Сабрина. Иначе рано или поздно за вами придут те, кому плевать кого убивать.
Мужика, женщину или ребёнка. Мы договорились? — подхожу к ней и касаюсь подбородка, чтобы не отводила взгляд.
Она молчит, пытаясь совладать с собой.
— Договорились, — тихо отвечает. — Я попробую вспомнить, но не уверена, что будет что-то ценное для тебя.
— Это уже будем решать мы. Мирный, — зову друга, — отвезёшь?
Тот кивает и вынимает из кармана ключи от своей тачки.
— Подожди, — просит Сабрина.
Мы удивлённо на неё смотрим.
