Значит, дампы предпочитают охотиться всемером. Что ж, на данный момент уже минус один. Попробуем и дальше использовать фактор внезапности.
Я дважды выстрелил в крайнего арбалетчика. Но тот оказался шустрым малым и вовремя качнулся влево. Первая пуля прошла мимо, вторая, возможно, оторвала ухо. Я увидел лишь взлохматившиеся тряпки и брызги крови, одновременно осознавая, что ранение далеко не фатально. Обмен любезностями оказался взаимным. Арбалетный болт, летящий мне в бок, лишь разодрал камуфляж – меня тоже учили уворачиваться от острых предметов.
Второй арбалетчик стрелять не стал, опасаясь задеть своих. Зато владельцы фламберга и шестопера взмахнули своими железяками одновременно и ринулись на меня.
Меченосца я пристрелил сразу, хотя на это пришлось потратить четыре патрона. Меч полетел в кусты, его новый владелец ткнулся в землю разлохмаченной башкой, а мне пришлось совершить замысловатое па, уходя от удара шестопером по макушке.
Уйти-то я ушел, но бегущий дамп по инерции снес меня, словно локомотив зазевавшегося любителя пеших путешествий по рельсам.
Весу в нем было центнера полтора, и эта гора протухшего мяса, протащив меня пару метров, впечатала в стену.
От удара позвоночником о торчащий кирпич мне резко поплохело. Но не настолько, чтобы я потерял сознание, – дамп вонял так, что никакого нашатыря не надо. Потому я, чудом находясь в здравом уме и твердой памяти после такого удара, со всей дури двинул стволом пистолета под подбородок мутанта – если, конечно, у него был подбородок.
И одновременно нажал на спуск.
Оказалось, подбородок был. Сквозь него и прошла пуля, в конце своего пути пробив макушку дампа и выплеснув наружу эффектный гейзер. Дамп от такого дела ослаб и безвольно повалился вниз. Я – за ним, стараясь как можно сильнее прижаться к грузному телу.
Не то чтобы мне понравились объятия гнилого урода с шестопером. Просто в данной ситуации труп оказался неплохим щитом, из-за которого я весьма удачно расстрелял обоих стрелков. Правда, на это пришлось потратить все оставшиеся патроны.
Арбалетчики вполне профессионально пытались качать «маятник». Но я для каждого выстроил индивидуальный коридор из пуль, после чего прострелял центры тех коридоров… и, отбросив в сторону пустой пистолет, выдернул из чехлов свои ножи, при этом сильно жалея, что, кроме ножей, у меня не осталось никакого оружия.
Пока я скрывался за трупом, охотясь на арбалетчиков, дампы с алебардами выпали из поля моего зрения.
