Вроде звено «Аллигаторов» пролетало, вот его ПТУРами и уделали. До сих пор валяется на левом берегу, ржавеет. Кое-что удалось предкам с него снять, металл уже тогда был в дефиците, но газовые резаки еще дороже…
– Нед у нас историей увлекается, слова всякие ненужные знает, – хмыкнул Ион. И вдруг замер: – Тихо!
Я и сам услышал, как битый кирпич снаружи хрустит под чьими-то ногами. Ног было много, и их владельцы не собирались скрываться.
– Попали, – нехорошо оскалился Ион, – Дампы все-таки догнали тебя, Снайпер. Они очень хорошие следопыты и преследуют добычу до конца.
– Дампы? – побледнел Нед. – Ну, теперь нам всем крышка.
Дампы… Живые куски гниющей плоти, завернутой в тряпки, шли по моим следам, дожидаясь удобного случая. И дождались.
Найти нас в пещере, укрытой сорняками от посторонних взглядов, мог лишь тот, кто точно знал, где искать…
– Нед, помоги Иону, – бросил я, доставая «Форт». Черт, остался всего один магазин… – Уходите направо вдоль развалин, они вас не заметят. Я их задержу.
Стражник оказался молодцом, спорить не стал.
Подошел и протянул руку стабберу. Ион тоже не сопротивлялся – понимал, что с такой ногой воин из него неважный. И либо они доберутся до базы вдвоем, либо мы все здесь останемся.
– Удачи, Снайпер, – сказал он, протягивая мне свой «Легион» вместе с ножнами. – Два клинка лучше, чем один.
Я не стал отказываться. Оружие великого мастера, дожившее до этих дней, было достойной парой моей «Бритве».
Теперь мои спутники были фактически безоружными, не считая тесака Неда и его ружья с двумя оставшимися зарядами.
Что ж, они тоже пригодятся – главное теперь, чтобы ненадежное оружие не дало осечку.
Мы со стражником поняли друг друга без слов. Два выстрела прогремели один за другим – и я нырнул в облако черной пороховой копоти. И фактически нос к носу столкнулся с замотанным в тряпки уродом, держащим в лапах тяжелый боевой топор. Правда, взмахнуть им он не успел – я приставил пистолет к круглому лоскутному шару на его плечах и нажал на спуск."
"Урода унесло в пороховой туман.
Который, кстати, уже почти рассеялся. В нем я различил шесть аналогичных пугал, вооруженных достаточно неплохо: пара стрелков с взведенными арбалетами, двое с некими подобиями алебард, еще один с шестопером – стальной дубиной с несколькими остро заточенными лепестками. И последний – со знакомым фламбергом, оплавленным на конце. Подобрал, значит. Понимаю. Даже укороченный на треть меч оставался страшным оружием – особенно для того, кто умеет с ним обращаться.
