— Врач, который делал вскрытие, встречался с вашей дочерью? Ну, на тот момент.
— О чем ты? Что за грязные намеки! Данка до мужа почти ни с кем не встречалась. Мы с матерью беспокоились, что ей некогда личной жизнью заниматься. Я понятия не имею, кто конкретно делал вскрытие. И дочь никогда этим не интересовалась. Удовлетворен? Чего вам еще от нас нужно? Это был чертов несчастный случай! И я, в отличие от твоей невесты, не пил и не ширялся за рулем, — он устало опускает плечи и возвращается к жене, обнимает ее. Моя голова раскалывается от мыслей.
Нужно немного времени, чтобы все это осознать. Но сначала задаю еще один вопрос:
— Виктора задержали?
— Сбежал, сученыш! Ну ничего, Олег его найдет, — зло отвечает отец Даны. А ее муж тяжело смотрит мне в глаза и презрительно усмехается.
Опускаюсь на диван и потираю лицо ладонями. Надо собраться и попробовать разобраться в этой мешанине. Алекс успокоительно похлопывает меня по плечу. Прошу его узнать новости. И когда он скрывается в служебном коридоре, обдумываю все, что услышал.
Это может быть правдой? Виктор пытался убить Дану? Она сама никого ни о чем не просила. Экспертиза была честной. А Елена под наркотой? Это полностью меняет картину мира, в которой я жил последние годы. Какого черта еще тогда не поговорил со второй стороной аварии? Переложил на других. Тяжело было? То, что я чувствую сейчас, это даже не боль — это чистый ад.
И если все так — я последний мудак! Оттолкнул любимую женщину из-за чужого вранья. Мне срочно нужно найти Виктора.
В отличии от остальных, я знаю, где он прячется. Один раз по пьяни проболтался о своем тайном убежище и даже возил туда. В небольшой дом за городом, зарегистрированный на подставное лицо. Как только закончится операция, оставлю здесь Алекса для контроля и отправлюсь на поиски. К Дане меня все равно пока не пустят. Старательно избегаю мыслей о том, что все может пойти по плохому сценарию. Не представляю, как тогда буду жить.
Друг возвращается мрачнее тучи. Ловит мой взгляд и пытается сменить выражение лица.
Наклоняется и говорит так, чтобы слышал только я:
— Операция еще идет. Пока все штатно. Дана жива."
"— А теперь правду, — требую хрипло. Он мнется и тяжело вздыхает:
— Это правда. Просто… один раз у нее остановилось сердце. Но его сразу запустили. Больше никаких инцидентов, — крепко сжимает мое плечо и просит: — Держись, Мар. Она у тебя сильная, вытянет, — киваю, закрывая лицо ладонями.
Проходит еще полтора часа. Мы с Алексом сидим на своем диване.
