Увы, даже черная одежда и фиолетовая мантия не делала хрупкую эльфийку грозным противником в глазах этих мордоворотов. Да мы все грозными не выглядели, что уж. И, признаюсь, немного растерялись. Я даже забыла про малыша Горги.
Да только он про меня не забыл. Он отстал лишь на несколько шагов и теперь вынырнул из-за угла, ворочая головой и топая ногами: переживал, что упустил хозяйку из виду."
"– Ой… – выдохнул гоблин, перестав кривляться.
Орк попятился. Рыжий застыл с отваленной челюстью. Последний подельник решил сразу дать деру.
– Ну что же вы, подходите, не стесняйтесь! – крикнула я.
Внутри все дрожало, но голос звучал бодро и весело.
– Кто первым хочет помериться силой с моим телохранителем? Горги, камешек!
Мы с Горги к тому времени отрепетировали забаву на потеху всем желающим. Услышав команду «Горги, камешек», тролль поднимал с земли первый попавшийся булыжник и крошил его в огромной руке.
Увидев, как рассыпается в труху крепкий песчаник, шпана бросилась наутек.
– И только попробуйте еще раз подойти к нашей Тилли! – крикнула я вдогонку.
– Горги найдет вас всюду!
– Спасибо, девочки…
Тилли без сил прислонилась к стене.
– Не за что. Только предупреждай в следующий раз!
– А ты бы пошла со мной?
– Конечно!
Матильда улыбнулась, а Эрри зарядила ей подзатыльник.
Вот так мы и жили с малышом Горги, пока нити магии, связывающие нас, не истончились. Мэтр Аци позвал нас в павильон, чтобы снять привязку. Я приказала троллю лечь в ящик и грустно глядела, как он устраивается внутри, тонет в опилках, как закрываются его глаза.
– Я буду скучать…
Никогда не думала, что скажу это, но я успела привыкнуть к своему голему.
– Ничего-ничего, еще налюбуешься на своего дружка на других практических. Вот только взаимодействовать вам пока нельзя, иначе снова привяжешь. Первоначальная привязка самая крепкая.
Глава 15
Летиция
Пожелтели и осыпались листья. По утрам стало зябко выбираться из-под одеяла. Холодные ветра гуляли по аллеям, швыряли в спины студентов, спешащих на занятия, пригоршни листвы, будто приглашали поиграть.
Но нам некогда было играть. Утренний парк, с приходом осени потерявший цвета и краски, снова оживал на несколько минут, пока фиолетовые, красные, синие, желтые и зеленые мантии торопились занять свои места в просторных аудиториях, в светлых или, наоборот, темных, пропахших копотью и землей павильонах.
Учеба набирала обороты. Лекции, семинары, практические… Пухлые конспекты, из которых вываливались листы.
