Носков подумал, что угрозы Австидийского сущий пустяк по сравнению с новым делом. Уже раскрытое и почти завершенное дело надо начинать с начала. Да и перед артельщиками извиняться, что ли?
– Я, конечно, все понимаю, господин Пушкин, – начал пристав, не зная, как подступить к главному. Но его перебили.
– Дело будет раскрыто очень быстро.
– Ну, раз вы обещаете, – Носков только руками развел. – У нас вся надежда на сыск… Случаем, личность убитого не знакома?
– Она мне неизвестна, – ответил Пушкин.
Тут уже и Воздвиженский решил явить усердие:
– Прямо сейчас провести вскрытие?
Пушкину требовалось совсем другое: тело оставить в покое, а вот барышню на столе привести в надлежащий вид.
То есть застегнуть сорочку, затянуть галстук, вернуть накладные усы с бородкой и парик. Ну и, как полагается, закрыть простыней. Желательно чистой. Окончательно перестав понимать, зачем понадобились такие сложности, пристав не возражал. Только спросил: для кого мадемуазель прихорашивают.
– В участок прибудет гость.
– Гость? Какой гость? – спросил пристав, не ожидая очередного сюрприза.
– Инспектор французской полиции. Пора встречать…
• 62 •В сидячем положении кляп мучил рот, голова исходила тупой болью. Агата дышала носом и страдала. Повязка была на глазах, можно было только слушать. Судя по звуку голоса, ее тюремщик находился у дальнего конца кровати.
– Баронесса, вы любите русские сказки?
Спрашивать даму с кляпом во рту так же бессовестно, как дразнить ребенка шоколадкой. Агата ответила беспомощным мычанием.
– Будем считать, что любите… Помните сказку про царевну-лягушку?
Агата пожелала мучителю сдохнуть в страшных муках, но через кляп вылетел жалкий стон.
– Иванушка поторопился и сжег шкуру лягушки. В результате чего нажил себе массу неприятностей… Сказка поучительная, баронесса…
Она бы хотела сказать, что не понимает глупостей, которыми ее щедро осыпали. Но сказать ничего не смогла. Только ждала молчаливо.
– Ваше любопытство сыграло с вами злую шутку… Чрезвычайно жаль… Жаль, что все так кончилось…
Раздался уверенный стук в дверь.
Неужели…
Неужели…
Она замерла.
У двери кто-то отвечал, что ошиблись, такая мадам здесь не проживает. Ей показалось, что голос знаком, она не была уверена, но теперь уже не имело значения: судя по разговору, пришедший извинялся за беспокойство."
"Агата со всей силы рванулась вбок, уже не думая, что свалится с кровати или ударится головой, а чтобы поймать крохотный шанс, который ей подарила удача.
