Пристав не заметил ничего, что бы отличало погибшего от других несчастных. Ни топора в голове, ни кола, прошившего тело насквозь. Самый заурядный погибший. Он уже хотел обратиться с недоумением к помощнику, но тут в проеме сорочки заметил нечто, что его сильно взволновало.
– Что такое значит? – обратился он к Татаринову.
– Вот пусть господин доктор и пояснит, – ответил помощник.
Австидийский уже проснулся. Засунув руки под мышки, он смотрел на полицию недобрым взглядом. Мысленно проклиная Лопахина, который устроил ему такой сюрприз.
Чего доброго, на день закроют кабинет, когда народ валом повалит.
– Господа, для чего устроен весь этот цирк? – спросил он недовольным тоном.
– Это я у вас хочу узнать, Австидийский, каким образом… это… оказалось у вас в кабинете?
Пристав не скрывал неприязни. Имея на это полное право: мало по участку двух трупов, которыми сыск занимается, так извольте – еще один. Носков уже знал, что с этим делом легкого раскрытия не предвидится.
– Ваш городовой выполнил свой долг: привел с улицы пьяного, чтобы не замерз…
Лопахин кивком подтвердил: так и было, ваше благородие, исполнил свой долг.
– Мой долг оказывать помощь любому, кто в ней нуждается, – продолжил доктор. – Этот человек не назвал себя, у него случился приступ, и он умер у меня на руках. После чего я побежал за городовым… После чего городовой побежал за вами в участок… Вместо вас из участка прибыл господин Татаринов… Господин Татаринов не захотел забрать тело в участок, а оставил у меня… Чтобы не запахло, приказал открыть все окна… Я достаточно подробно дал пояснения?
Пояснения были хоть куда.
Но это только разозлило пристава. Доктор такой правильный и ловкий, что не подберешься. Ну, на этот случай у Носкова свои методы. Совершенно законные, дозволенные полиции. Не закрывая окон, он приказал Татаринову составить протокол осмотра места преступления. Тщательно составить, до каждой мелочи. Опросить кухарку, которая пряталась на кухне. После чего вызвать санитарную карету и доставить тело в мертвецкую участка.
Татаринов понял, что у пристава личные счеты с доктором, и взялся со всем усердием. Даже чернила согревал дыханием.
– Собирайтесь, Австидийский, – сказал Носков, оправляя портупею.
Доктор выразил все возмущение, какое успел накопить за ночь:
– Что значит «собирайтесь»?
– Едете в участок со мной.
– По какой такой надобности? Это что такое?
– Надобность очевидная, – сказал пристав, чувствуя, как бессильная злоба раздирает докторишку. – Труп в вашем кабинете.
