Эта девочка совершенно не походила ни на кого из тех детей, что я встречала на улице или здесь. Внешне абсолютный ребенок, внутри она была какой-то состарившейся, пожившей, и это, конечно, отражалось в ее взгляде. Совершенно жуткое ощущение создавалось от этого – когда маленькая девочка смотрит на тебя взглядом старушки. Но мне непременно нужно было понять, что с ней случилось – именно так я истолковала просьбу Матвея помочь ему. Он подумал, что с человеком, увлеченным тем же, чем и она, Настя может разговориться.
– А как именно вы хотите готовить лосось? – спросила она, вымыв руки и подходя к столу, на котором уже лежали приготовленные филе рыбы.
– У нас новый повар, Анна Александровна? – пошутила одна из моих помощниц Лена. – Надо ей ящик какой-то приспособить, ее ж из-под стола не видно.
– Это блестящая мысль, Лена. В подсобке есть что-то.
Лена мигом принесла крепкий ящик, подвинула его к столу и пригласила Настю:
– Прошу вас, шеф.
– Меня Настя зовут, – сообщила та с достоинством, но на ящик взобралась.
– А перчатки можно?
– Серьезный подход, – одобрила я. – Но дело в том, дорогая, что я не могу допустить тебя к работе с продуктами. Надеюсь, ты понимаешь, почему?
– Да. Но ведь у меня взяли анализы.
– Дело не в том. Результатов нет, а я отвечаю за то, что готовлю и подаю пациентам. Мы ведь не хотим, чтобы кто-то заболел? Потому ты будешь моим консультантом. Рыбу я хочу делать на пару.
– Значит, нужны яркие специи, потому что иначе у нее не будет вкуса.
– Правильно. И что ты предложишь?
– Соль, перец, оливковое масло, лимон и тимьян.
– Ого, – с уважением протянула Лена, слушавшая наш диалог с интересом. – Сколько тебе лет, вундеркинд?
– Одиннадцать."
"Лена приоткрыла рот, но, поймав мой взгляд, не стала ахать, а только спросила:
– И кто ж тебя научил так в рыбе разбираться? Моей дочери тринадцать, максимум ее кулинарного искусства – омлет с помидорами.
– Я сама научилась по книжкам.
Это был довольно странный ответ для ребенка – основная масса сказали бы – «в интернете».
– Мне тетя Инга разрешает пользоваться ее библиотекой, – продолжала Настя, глядя на рыбу таким взглядом, каким смотрят на что-то очень любимое и дорогое сердцу.
– Я читаю, когда есть свободное время, а потом пробую готовить. Почти всегда получается. Папа любит, как я готовлю.
– А мама? Твоя мама хорошо готовит? – спросила я, доставая специи и масло и подготавливая гастроемкости для маринада.
– Мама не готовит. Ей некогда.
– Она работает?
– Нет. Она вышивает картины.
