Не знаю, как ты выносила такое отношение все эти годы...
«Потому что до безумия тебя любила. Потому что чувствовала твою любовь, и это придавало мне сил. Потому что мы верили друг другу. Были одним целым. Потому что у нас есть сын, который нуждается в своем отце», — шепчет мой внутренний голос, но вслух я, конечно же, этого не произношу.
— Были причины, — отвечаю с горечью, мельком встречаясь с ним взглядом. — Думаю, ты и сам их знаешь.
— Лейла... — выдает он рвано, понимая меня без слов.
— Не нужно, — отмахиваюсь я.
— Слишком поздно. Продолжай лучше говорить.
Он недоверчиво смотрит на меня, а затем кивает и продолжает:
— Я терпел их выходки, потому что семью не выбирают, Лейла. Отец и мать дали мне жизнь. Я не мог так просто отказаться от них. Годами внушал себе эту мысль, но... — Он тяжело сглатывает. — Последний их поступок... Та чудовищная ситуация заставила меня многое переосмыслить. Я понял, кто мне действительно важен. Я отбросил все условности и сделал выбор.
— Какой? — Я с замиранием жду ответа.
— Я выгнал их из дома. Ровно так же, как сделали это они. Затем выставил наш участок на продажу. Если Уфук очнется, он должен будет пойти к отцу, — говорит Бурак отстраненно. — Эрсин — тоже. В общем, пусть валят куда хотят. Меня это теперь не волнует. Совсем.
— Ты что, продаешь дом?! — Я округляю глаза, оставляя остальные вопросы на потом. Улавливаю суть.
Он продает наш дом. Тот самый, в котором мы жили целых пять лет.
— Да, — кивает Бурак.
— И без сожалений. Одному мне там все равно не живется. Без вас... без тебя и Али... он опустел, — с грустью добавляет он. — Там я слишком сильно ощущаю свою вину. Я не могу больше там находиться. Каждый раз буду вспоминать тебя... Наши отношения... Отношение моей семьи к тебе. Не хочу всего этого, поэтому да... Продам дом и куплю что-нибудь другое. Мне кажется, на данный момент это единственно правильное решение. Избавиться от плохих воспоминаний. Постараться создать новые хорошие.
В другом месте и подальше от них всех...
Глава 28"
"Я молчу. Бурак, впрочем, тоже, хотя его прожигающие насквозь взгляды я чувствую едва ли не каждую секунду, которую мы проводим в тишине. Он, наверное, ожидал моей реакции, а ее нет. Я выжжена, как пустыня. Слезы, боль, отчаяние — все это я уже проходила, и мне не становилось легче. Оно только усиливало и без того критическое состояние.
Да и что я могу сказать в ответ?
Горечь внутри неимоверная.
