– А вот если я наколю на руку обнаженную прекрасную женщину, то…
– Я тебе наколю, – сразу же сказала я.
– Вот ты и провела аналогию, – коснулся он моего локтя. – Я чувствую то же.
– Пройдоха, – прошептала я, все еще пребывая в легком шоке из-за встречи с его матерью.
– У меня отличная идея. Ребята, вы сильно заняты? – обернулась на нас Лера, идущая впереди, – ее до самого выхода провожали едва ли не все работники «Беллы Рогацци», или как там назывался этот салон.
– А что такое? – поинтересовался Денис.
– Предлагаю совместный ужин, – улыбнулась его мать.
– Чтобы нам с Машей ближе познакомиться. Хочу с ней поболтать.
– Да как-то не надо, я занята, – пробурчала я, а мой умник, картинно положив мне руку на плечо и выставив ногу вперед, заявил:
– Да, неплохая идея, мам. Маша еще не была у нас в гостях. Надо исправить.
– Тогда, – Лера обвела нас хитрым взглядом, – поедем к нам домой. Я сама приготовлю ужин.
– Нет, спасибо, у меня там, это… дела, и все такое, я там должна кое-что сделать… – как-то занервничала я.
Домой к Смерчинскому попасть хотелось, но не вместе с его мамой!
– Маша будет рада, – еще крепче сжал свою ладонь на моем плече Дэнни. – Мы согласны, мам.
– Тогда отлично, – обрадовалась Лера. – Дэнси, поехали со мной на моей машине – оставь уже свой мотоцикл в покое.
– Да у меня куча дел, – стала открещиваться я от ужина. Бли-и-ин!
– Каких?
– Всяких там… этих, экзамен последний скоро и все такое… – никак не могла я придумать стоящую причину.
– Я потом помогу тебе с делами, милая.
И к экзамену подготовиться помогу, – сказал Денис, забыв, что в общем-то мы учимся на очень разных специальностях, и он не должен лучше меня знать, к примеру, историю архитектуры и живописи. Однако Дэнв думал иначе.
Лера вопросительно взглянула на меня умело накрашенными, но кажущимися абсолютно естественными глазами, и мне пришлось соглашаться и садиться в ее дорогое ярко-красное авто и терпеть всю дорогу приставания доставучки Дэнни, который пользовался тем, что мать ничего не видит. Впрочем, терпеть – сильно сказано.
На самом деле я больше притворялась, будто бы он меня раздражает. И просто млела от осознания того, что я сейчас просто сижу рядом с человеком, который как будто бы невзначай дарит мне радость и желание быть счастливой – такой же счастливой, какой я всегда была в детстве.
И я не думала раньше, что сжимать пальцы, на одном из которых блестит кольцо, подаренное и надетое мною самой, – синоним этого непонятного и абстрактного в общем-то счастья.
