Что за человек? Из десяти минут нашей встречи, на протяжении девяти минут целует меня.
Жаль, что он отменно научился это делать. Еще и настолько шикарно, что коленки подкашиваются. У меня даже воли нет, чтобы остановить его.
Мои щеки горели смущением, впрочем, как и все тело. И организм заразился странной и непонятной дрожью от Глеба. Я пыталась не смотреть ему вслед. Как он удаляется от меня по тропинке в сопровождении Влада. Мужчины о чем-то беседовали, негромко, но весьма эмоционально.
А за моей спиной раздались легкие шаги, и следом – приятный мелодичный голос.
– Я очень извиняюсь за то, что не рассказала сразу про дружбу между моим мужем и Глебом, – заговорила со мной Ария. – Я не знаю, что произошло у вас. Но я видела, как жил все это время Глеб.
– Ты о чем? – уточнила я, провожая Широкова глазами. А мужчина, уже на углу дома, куда уводила дорожка, вдруг обернулся и взглянул на меня.
Я видела, как Глеб застыл истуканом. Казалось, что мужчина вот-вот вернется обратно, ко мне.
А Архипов подталкивал его вперед, будто поторапливал.
– Когда ты сбежала из клиники, обстоятельства сложились так, что все решили, будто тебя сбила машина. Насмерть, – начала рассказывать Ария, а я удивленно моргнула.
– Я ничего не понимаю, – нахмурила я лоб, а девушка подошла ближе ко мне.
– Сейчас мы все вместе поужинаем, а после мы с Владом все тебе расскажем, – пообещала Ария и, подхватив меня под локоть, повела в дом. – Кстати, ты можешь оставаться у нас столько, сколько захочешь.
Сам Архипов гарантирует твою безопасность.
– С-спасибо, – искренне поблагодарила я, и на душе стало тепло от того, что эти милые люди не просто безвозмездно приютили меня, но еще и пообещали защитить.
Мне ведь именно это и нужно было? Защита от Широкова?
Незаметно я прикоснулась пальцами к губам. Они все еще горели от поцелуев Глеба. Нет, не так. От жадных и страстных поцелуев Глеба. А еще этот грубый монстр ни разу не произнес ни единого оскорбления или угрозы в мой адрес.
Странно.
***
Рассказ Арии и Влада я слушала с распахнутыми от шока глазами. В моей голове плохо умещалась информация о том, что для всего мира я погибла месяц назад. Более того, имелась даже надгробная плита с моей фотографией и датами жизни и смерти.
Жуткие ощущения, если откровенно. От этого по моей спине блуждали мурашки. Да и в целом, было представить, что кого-то похоронили вместо меня.
Зато теперь я немного понимала реакцию Глеба.
