Я смирилась с тем, что спать он будет в моей кровати. Понимала, чтобы выгнать Глеба, нужно поднять шум. А будить беременную Арию – верх свинства. Так что, придется потерпеть до утра.
– И руки держите при себе, Глеб Алексеевич! – грозно прошипела я, – Или я позову на помощь.
– Угу, – только и ответил Широков, уткнувшись носом в мой затылок.
Хорошо, что лег Глеб поверх одеяла. И обнял меня так же, поверх одеяла рукой.
Уснула я моментально. Несмотря на то, что волосы обжигало дыхание, и места на постели вдруг стало гораздо меньше.
Да и крайне непривычно было делить постель с Глебом. Зато теплее. Я пригрелась и отключилась.
Глава 13
Утром я открыла глаза. Рука Глеба по-прежнему прижимала меня к матрасу. Правда на этот раз горячие пальцы пробрались под одеяло, и даже под мою футболку, в которой я спала.
Как и сам Широков перебрался под одеяло и теперь всем своим мощным телом прижимался ко мне сзади. И я очень некстати вспомнила, Глеб Широков – молодой и красиво сложенный мужчина. При всем своем мерзком характере, при иных обстоятельствах, скорее всего, он мог бы меня привлечь.
Так. Стоп! Ненужные мысли.
Я сонно моргнула. Глеб, кажется, спал, дыша в мой затылок, размеренно и глубоко.
Либо хорошо претворялся. Ну или бодрствовали только его руки, в то время, как сам Широков видел сны.
И когда я попыталась отползти от Глеба ближе к краю постели, крепкие ладони притянули меня обратно. А подбородок, покрытый легкой щетиной, прижался к моему плечу. И даже через ткань футболки я чувствовала покалывания.
Внутренне я была готова к тому, что придется бороться с Глебом. С его желанием принудить меня, заставить делать то, чего мне совершенно не хотелось.
Однако горячие пальцы, распластавшись по моему животу, не касаясь груди, замерли.
И... что? Это все?
Я не верила, что Глеб вновь уснул. Но мужчина действительно не шевелился. Только приятное тепло распространялось по моему животу от его большой ладони.
Я поймала себя на мысли, что реагирую совершенно неправильно.
А ведь мне нравится, как жесткие, горячие пальцы касаются меня, разгоняют кровь, будоражат.
Повернув голову, я уткнулась в подушку лицом. Да что же такое происходит со мной и моим телом?!
Я вновь попыталась отстраниться. Я ведь должна избегать Глеба. Должна сопротивляться, потому что так нужно, так правильно, так я решила еще тогда, в самую первую встречу с Широковым, когда отец продал меня ему.
Как и прежде, Глеб притянул меня обратно. И не ограничился этим.
