Очевидно, Широков был просто сильно удивлен увидеть меня живой, еще и у друга в доме. Да, именно по этой причине Глеб вел себя странно. Других оправданий я просто не видела."
"После ужина и затянувшейся беседы с гостеприимными Архиповыми, мне показали отдельную комнату на втором этаже особняка. Здесь было уютно. А еще, на двери имелся хороший замок. Распрощавшись с Арией, которая пообещала утром провести для меня дополнительную экскурсию, я закрылась в спальне. Большая кровать, отдельная ванная комната и небольшой балкончик делали гостевую комнату очень милой.
А еще здесь же, на диване у окна лежали мои вещи. Все, включая чистый холст, новые краски, даже мои сбережения были на месте.
На меня накатила усталость. Зевнув, я отправилась в душ. И глаза слипались. Да, хорошо, что можно закрыться и хорошенько выспаться. А утром я подумаю над тем, что делать дальше. Не только с Широковым, но и с моей жизнью. Пока что я понимала одно: я не вернусь в дом Глеба по своей воле. Пуст смирится с тем, что Сабина Туманова более не его собственность.
***
Среди ночи я проснулась от того, что кто-то ходил по комнате. Этот кто-то приблизился к постели. А мне стало жутко. Я набрала в легкие побольше воздуха, открыла рот и ...
– Тише, тише, девочка, это я, – заговорил знакомый шепот, а крепкая ладонь молниеносно накрыла мой рот.
Глеб? То есть я должна моментально успокоиться от мысли, что сам Широков вломился в мою комнату? А ничего, что я сбежала и месяц скрывалась именно от него???
А между тем Глеб вновь заговорил, очень тихо, едва слышно, а свободной рукой отвел с моего лица упавшие пряди.
– Я не трону... не трону... просто чертовски устал, – бормотал Глеб таким голосом, в котором была слышна не только адская усталость, но и боль. Он будто говорил через силу, но продолжал обнимать меня крепко и уверенно.
Я осторожно кивнула, давая понять, что не стану ни кричать, ни паниковать.
– Я лягу рядом, хорошо?
– С наручниками? – уточнила я, когда Глеб убрал ладонь с моего рта.
– Без них. И даже в одежде, – сипло выдал Широков.
А я повела носом. И неприятный запах забился в ноздри.
– От тебя несет алкоголем и еще какой-то фигней, – пожаловалась я, а говорила очень тихо. И вообще, появилось стойкое ощущение того, что мы с Широковым играем в шпионов. Говорим шепотом, стараемся не шуметь.
– Сейчас в душ схожу, – вздохнул Глеб, а я пожала плечом.
Широкова не было, навскидку, минут пять. Кажется, он даже вытереться толком не успел, а уже вернулся в комнату.
