Начиная с первого дня, и до сегодняшнего. Мои эмоции. Мои ощущения. Наши с Глебом ссоры и столкновения.
И наша близость.
И его слова о том, что он меня любит.
Я не сомневалась. Он не мог мне врать. И потом, слишком много доказательств его словам.
А еще я чувствовала, что обмана нет. Ведь Глеб всегда говорит правду, даже если эта правда не самая приятная.
– Ты не можешь от меня уйти, Глеб! – шепнула я в его теплую и сильную ладонь. Отчего-то она была влажной под моими губами. И соленой. Но это ерунда.
– Я тебя не отпускаю! – с нажимом повторила я.
Зло повторила. Так, чтобы и он понял, я не шучу. И на всякий случай пригрозила: – Не вернешься, я тебя прокляну. Я же ведьма. Забыл?
***
Я не могла спать. То ли повлиял выпитый в огромном количестве кофе, то ли стресс. И даже когда Мухтар едва ли не в приказном порядке попросил меня прилечь, я не могла сомкнуть глаз.
Глеб не приходил в себя после операции. Врачи молчали. Никто и ничего не мог мне толком сказать. И меня больше не пропускали к мужу.
Архиповы уехали домой.
Арии нельзя волноваться и уставать в ее положении. И потом их присутствие ничего не могло бы изменить.
– Сразу же звони. В любое время. Мы утром приедем, – распорядился Влад, а меня хватило лишь на кивок.
– Голодная? Может, чаю? – негромко поинтересовался Варгинов, а я покачала головой.
Мы с Мухтаром и еще двумя парнями из охраны обосновались в комнате ожидания. И речи быть не могло, чтобы я уехала из клиники. Единственный компромисс, на который я пошла, это была одежда.
Я сменила испачканное кровью платье на спортивный костюм. И все равно было холодно. Казалось, лед поселился внутри меня. И кое-как согревал только теплый свитер Глеба.
Почему мне привезли именно его? Я не знала. Мне просто вручили серый сверток, пахнущий моим мужчиной. Он окутывал меня теплом. Внушал надежду. Подпитывал мои силы.
Однако и их не хватало. И наступил тот самый момент, которого я страшилась больше всего.
Глеб слишком долго не приходил в себя. И обрывки фраз, что мне удалось разобрать, повергли меня в ужас.
Мысленно я повторяла вновь и вновь, что Глеб очень сильный. Он справится. Не может не справиться. Он ведь говорил, что я принадлежу ему. А как мне ему принадлежать, если он.
– Вот же млять... Только этого не хватало, – пробормотал Мухтар и в два шага заслонил собой дверной проем.
Очень медленно я проследила взглядом за внушительной фигурой охранника Глеба.
– Пропусти! Там моя дочь! – расслышала я высокие нотки возмущения в голосе.
