Меня трясло. Но я торопливо выскочила из дома вслед за медиками, которые уносили Глеба в машину «скорой».
***
Операция длилась вечность. Так мне показалось. Я отказалась от успокоительных. Выпила сотню порций кофе. Взглядом просверлила в стене комнаты ожидания дыру размером с космос.
И все это время верный Мухтар был поблизости. А еще приехали Архиповы. С Владом и Арией было спокойнее, но все равно я чувствовала, как паника накрывает меня. Слишком долго не было вестей от хирургов.
Пока, наконец, в комнате ожидания ни появился врач.
– Вы родственники пострадавшего?
– Я жена Глеба! – произнесла я твердо, и, кажется, это был тот самый момент, когда я окончательно признала нашу женитьбу. Раньше все казалось мне ненастоящим, иллюзорным, а сейчас я принимала свой новый статус.
– Мы сделали все возможное, – обратился ко мне мужчина, – теперь нужно ждать.
Я ощутила, как лед начал разрастаться внутри меня. Как невидимые смертельно холодные нити стянулись в один клубок так, что дышать было сложно. И слова не вымолвить.
Я лишь кивнула. Врача перехватил Влад, начал задавать ему вопросы, а я тяжело осела на диван. Руки дрожали. Впрочем, меня всю било дрожью.
– У Глеба нет кровной родни, – разобрала я голос Мухтара, – потому в случае чего, все активы ваши.
– Мне не нужно ничего! – вскинулась я и разозлилась. – Даже думать не смей! Понял?! Глеб будет жить!
– Я знаю. Просто хочу сказать, что поддержу тебя при любом раскладе. Присмотрю, – сухо парировал Варгинов."
"– Лучше разберись, как та сука попала в дом с пистолетом! – повысила я голос, не особо подбирая выражения.
– Ты же телохранитель Глеба!
– Уже выясняем, Сабина... Ярославовна, – кивнул Мухтар.
Мне не было стыдно за вспышку гнева. Но я все равно прикрыла лицо ладонями. Хотелось плакать, реветь в голос. Однако я понимала, что обязана быть сильной. Обязана верить в то, что с Глебом все будет отлично.
– Я договорился, ты можешь на минуту пойти к нему. Тебя сейчас проводят, – сказал Влад.
Это была самая шикарная новость, которую я могла только сейчас услышать.
***
Меня впустили в стерильное помещение с белоснежными стенами и пищащими приборами.
Лицо Глеба было пепельно-белым. Серые круги под глазами выделялись, а едва заметная щетина на щеках и подбородке проступила сильнее.
Ноги меня почти не держали. Но я шагнула ближе и осторожно коснулась ладонями сильных и теплых пальцев.
За доли секунды перед моими глазами пронеслись все то время, что мы были знакомы с Глебом.
