Но я ничего не замечала, только огромное кровавое пятно на одежде Глеба. Оно повергло меня в дикий, неконтролируемый ужас. Слишком много крови. Слишком быстро пятно ползет по светлой ткани. А сам Глеб.
Он ведь невероятно сильный и всегда спокойный. А сейчас он был настолько бледным и ослабевшим, что я не выдержала и разрыдалась.
Я что-то шептала ему, вцепившись руками в его одежду. Пыталась залепить рану ладонями, чтобы остановить кровь. Уговаривала моего мужа не закрывать глаз.
А его фраза, произнесенная сипло и едва слышно, как выстрел в голову.
Он сказал: «Я тебя люблю». Сказал так, словно прощался со мной.
А я... Я же...
– Нет! Нет! Нет! – кричала я в ответ.
– Сабина! Спокойно! – говорил мне кто-то прямо в ухо и пытался оттащить от Глеба. Но я сопротивлялась. Пыталась добраться туда, к нему. Быть ближе. Он же... Я же... При всем своем сволочизме, цинизме и прочих пороках, только Глеб был рядом со мной. Он относился ко мне, будто... Он мой муж, в конце концов!
Мужчина, что оттаскивал меня от Глеба, был гораздо сильнее.
Потому пришлось наблюдать со стороны, как охрана суетится вокруг. И врачи. Врачи тоже появились. Но я все равно не могла остановить слез, потому что Глеб не шевелился.
– Не вздумай меня бросить, Широков! – угрожала я.
– Не бросит. Он же упертый, – втолковывал мне Мухтар. Оказывается, это он оттаскивал меня от Глеба. А я разозлилась. Как, почему все это случилось?! Еще и в доме, полном охраны!
Но с Мухтаром и собственной охраной пусть разбирается Глеб, когда придет в себя.
Я подумала о другом. Совершенно случайно мой взгляд зацепился за ярко-красное пятно. Тот самый костюм, что был надет на любовнице Глеба.
Нет. На бывшей любовнице. На женщине, которая выстрелила в моего мужа.
– Ах ты тварь! – процедила я.
Я не узнавала себя. Меня разрывали ярость и дикая, необузданная, неконтролируемая злость. Еще и руки, удерживающие меня, внезапно разжались.
Я никогда не любила драться. Не сказать, что особо умела. Но сейчас... Я не могла остановиться, как только добралась до суки, одетой в красное.
– Ты моего мужа... Ты стреляла в моего мужа! – рычала я, перехватив испуганная взгляд соперницы. Рукой я вцепилась в ее волосы и дернула вверх, заставляя поднять голову. – Если с ним... Если он... Я тебя собственными руками закопаю на ближайшем кладбище. Поняла?!
Я не узнавала свой голос. Кажется, никто не узнавал. Потому что в помещении повисла тишина. И только голос Мухтара прозвучал едва слышно:
– Сабина Ярославовна, нужно ехать.
