Выждал два дня и приехал сюда. Завтра решающее заседание суда с Маргаритой. Я рискую потерять почти всё, что нарабатывал особым трудом. На стройке новой очереди очередные проблемы с допусками от пожарников. В торговом центре куча текущих вопросов.
А я стою здесь и смотрю как вышагивает от бедра эта девчонка.
Долбоёб.
Завидев меня тут же, замедляется, но не останавливается. Вид воинствующий, губы надутые поджимает.
- Привет, - выдаю я, пожирая глазами образ, по которому, признаюсь честно, скучал.
- Заблудился, Громов? – шипит она в ответ.
Улыбаюсь, потому что понимаю, что просто не будет. Но я люблю сложности...
Глава 26. Глеб.
- Уезжай, Глеб. Видеть тебя не хочу сейчас, - говорит Ксения, нервно поглядывая на подъездную дверь.
Переминаюсь с ноги на ногу.
Как-то так повелось, что человека, а особенно мужчину, воспринимают просто набором качеств. Ты должен быть сильным, умным, понимающим, совершать правильные поступки.
А вот как к этому прийти? Как стать таким?
Никто не знает. Даже советчики.
Если человек дожил до четвертого десятка и всегда был эмоциональным, вспыхивающим от одного слова, доказывающим свою правоту с пеной у рта.
Как стать другим?
А если ты, наоборот, эмоциональный банкрот? Сухарь?
Если ты вообще не привык говорить о чувствах? Да ладно говорить. Если ты и чувствовать не привык? Если ты вдруг осознал, что в душе впервые в жизни что-то расшевелилось? Как поступить?
Как поступить правильно?
Человек – это ведь не набор качеств и того «что надо». Человек – это система добра и зла.
Система ценностей, радостей, цветов и навоза, на котором эти цветы вырастают сквозь годы и опыт.
Я не знаю, как правильно и как надо. Я не долбанный мозгоправ или кто покруче. В моей жизни было многое. Десять лет пропахал в угрозыске. Пять из них старшим следаком. Я видел столько грязи и несправедливости, что мозгоправ мне самому бы не помешал. И в данный момент мне хочется просто схватить эту занозу в заднице, закинуть в машину силой.
Увезти.
Спрятать.
Я знаю на что способна моя бывшая жена.
Я спал с ней в одной постели много лет. Знаю на что пойдет ради денег. Она, конечно, не отбитая маньячка. Мать моих детей и в ней дохера положительных качеств. Но все они блекнут после того, как я узнал от Анастасии, что Марго опустилась до угроз.
Это то самое дно, с которого моему уважению к ней, как к человеку, уже не всплыть. Но не уважать ее, как мать моих дочерей, я не имею права.
- Поговорим и уеду, - киваю на машину.
- Не о чем нам разговаривать.
