— Ты позвал меня, чтобы рассказать про свои успехи на левом любовном берегу?
— Мне помощь нужна.
— Я не сваха.
— Да при чем тут сваха, — в сердцах бросаю недокуренную на землю и придавливаю ботинком, — у меня такое чувство, что меня, как барана за рога водят.
— Сам разобраться не можешь? Ты ж вроде как адвокат.
— Не могу. Я лицо заинтересованное. Эмоции глушат.
Стеф некоторое время молчит. Он такими делами не занимается. Для него это детский сад и мышиная возня.
— Ты просто послушай, а потом вердикт вынесешь.
Или я м. дурак полный, или действительно херня какая-то случилась.
— Валяй, — милостиво кивает, щурясь от дыма.
Я вываливаю ему все. Начиная с того, как Зойка у нас жила, как мы с ней чпокнулись в пьяном угаре, и заканчивая сегодняшним звездецом.
— Вот такая хрень, — развожу руками, — Меня с той ночи бомбит, не могу адекватно думать. Пазл не складывается.
— Знаешь в чем твоя ошибка? — Стеф задумчиво смотрит на тлеющий красный огонек.
В чем моя ошибка?
Мне не до экзаменов на профпригодность, но сейчас я рад вопросам, потому что они заставляют меня собраться с мыслями, а не барахтаться в эмоциях.
Видя, что я туплю, Стеф задает еще один вопрос:
— Что бы ты сказал кому-то из своих клиентов, попади он в такую ситуацию?
Устало сжимаю пальцами переносицу:
— Я должен был сдать кровь на анализ после той ночи.
— В точку, — стряхивает пепел, — а ты повелся на заплаканные наивные глазки.
— Будь это кто-то другой…Но это Зоя, в ней Мила души не чает, они как сестры, подружки, не разлей вода всегда были.
И она девчонка еще совсем…
Стеф выразительно вскидывает брови, и я чувствую себя еще большим идиотом, чем прежде.
— Думаешь, опоила?
— А давно ли ты стал калдырить так, что жену узнать не в состоянии? — он вытягивает телефон из заднего кармана брюк, — дайка адресок этой волшебной племянницы, а заодно ФИО, чтобы больничку пробить.
Меня потряхивает, когда сообщаю информацию. У Стефа чутье волчье, если решил помочь, значит что-то есть.
Глава 21
Прихожу в себя на полу.
Сижу, привалившись спиной к одной стене, взглядом упираюсь в противоположную. Сердце еле бьется.
Взгляд на часы — прошло всего полчаса с того момента, как Вадим увез Зайку, а кажется, будто я уже десяток лет прожила и безнадежно состарилась.
Больно. Но это еще цветочки. Основная боль спряталась за апатией, которая меня накрыла после таблеток. Когда их действие пройдет, меня вывернет наизнанку, переломает все кости, не оставив ни одной целой.
