Не жалую похоть, но не откажу,Да будет Бог рад, как я жизнь провожу!Для развлеченья своегоК охоте, танцам, пениюИмею вожделение.Любой хороший спортПодарит мне комфорт.И нужно ль дозволение?В песне было еще три строфы, в которых говорилось о том, что он обратит в бегство Праздность, подругу всех грехов, а сам направится по стезе Добродетели, наслаждаясь радостью и весельем в честной компании.
– Браво! – с улыбкой зааплодировала Екатерина.
Она любила эти моменты совместного музицирования в уединении.
Через несколько дней после Рождества Генрих пришел и принес нечто совершенно особенное:
– Это доставили для вас сегодня от настоятеля Вестминстера.
Генрих почтительно положил на сундук что-то завернутое в дамаст, потом развернул и вынул из свертка хрупкий, потрескавшийся синий шелковый поясок."
"– Это пояс Богородицы, одна из самых ценных реликвий аббатства. Настоятель сказал, что его давали на время моей матери, а теперь он хочет, чтобы вы подержали его у себя. Он дает особую защиту при родах.
В благоговейном восторге Екатерина смотрела на пояс.
Подумать только: когда-то его носила Мать Христа, а теперь она сама сподобилась особой милости надеть эту опояску в трудный момент.
– Дайте его мне, – сказала она, взяла пояс с трепетом и поцеловала его. Легкий как перышко, он источал аромат старины и благовоний. – Я буду беречь его больше жизни, – пообещала Екатерина.
Теперь она знала, что ей нечего бояться. Все будет хорошо.
В последний день года начались схватки. Сперва слабые, постепенно они набрали силу.
Дамы помогли Екатерине улечься на соломенную постель и осторожно надели на ее округлившееся тело пояс Богородицы. Екатерина почувствовала себя в безопасности и возблагодарила Господа за то, что Он позволил ей выносить ребенка до конца срока.
Мучения ее продолжались много часов. Колокола отзвонили полночь, возвещая наступление нового, 1511 года. К тому часу Екатерина была совсем без сил и даже подумала, что больше ей не вынести.
– Теперь уже недолго, ваша милость, – сказала повитуха.
– Скоро головка выйдет!
– Прошу тебя, Матерь Божья, пусть это закончится поскорее! – взмолилась Екатерина.
Она начала тужиться, напрягая все оставшиеся силы, чтобы явить миру своего ребенка.
– Еще раз потужьтесь! – командовала повитуха.
Екатерина опять напряглась во всю мочь.
– Хвала Господу! – закричала повитуха. – Прекрасный принц!
Глава 12
1511 год
Генрих был вне себя от радости. Он стоял, держа на руках сына, и слезы текли по его щекам.
