Пытаюсь отвлечь себя чем-то, но у меня не получается — сумочку с телефоном, конечно же, отобрали, а из развлечений в этой комнате только окно за железными решетками. Из окна я вижу лес. Темный, густой лес. Я забираюсь на подоконник, смотрю в него, утешаю себя тем, что всё обязательно будет хорошо — Михаил не вернется, не тронет меня, а Руслан… Руслан уже придумал как меня спасти отсюда.
За окнами темнеет и спустя час становится невозможным рассмотреть то, что творится на улице. Здесь не горят фонари, а свет в моей комнате не работает.
Я бреду в темноте к своей кровати, сворачиваюсь клубочком и начинаю думать о хорошем. Малышу внутри меня ещё страшнее, хоть и сердечко его ещё не бьется, но я знаю, что он тревожится по мне не меньше, чем я по нему.
Громкий стук на первом этаже дома заставляет меня нервно дёрнуться. Слышатся крики, шум, посторонние голоса, топот ног. Я чувствую… нет, я знаю, что это он. Сажусь на кровати, поправляю взъерошенные волосы. Как в сказке жду своего принца, который приехал, чтобы спасти меня.
Шум внизу нарастает, стуки тоже, а ко мне по-прежнему никто не приходит. Меня вновь начинает колотить от страха. Что происходит с Куратовым? Не делают ли ему больно? Мне хочется крепко-крепко обнять его и наслаждаться его близостью, вымаливая прощение за содеянное.
Удар, другой, третий. Кто-то с силой пытается выбить замок на комнате, в которой я нахожусь. Сердце заходится в бешенном ритме, кровь разгоняется по венам и мне хочется рвать на себе волосы от страха и радости одновременно.
Когда замок отлетает и приоткрывается дверь, запуская полоску света в мою комнату, я не могу сдержать вздох разочарования. Это не Руслан.
— Пойдем со мной, — произносит Давид.
Я продолжаю сидеть на кровати словно приросшая, не в силах подняться.
— Где он? Где Руслан? Где? — повторяю словно умалишенная, не переставая при этом дрожать.
— Он внизу, — спокойно произносит Давид. — Просил, чтобы я тебя нашел.
Поднимайся, Ева, у нас мало времени.
— А Руслан?
Давид не выдерживает и подходит ко мне первым. В его руках оружие, а белоснежная рубашка перепачкана кровью. Он мягко берет меня под локоть, заставляет подняться с кровати и ведет… Куда-то ведёт, словно маленькую потерянную девочку. Мы бредем по коридору, шум голосов становится отчётливее. Кто-то кричит: «Сука! Тварь! Урою!» с такой злобой и ненавистью, что я не сразу понимаю — это Руслан.
