Под гору идем, набираем очки…
– Это хорошо… Не загоняй парней…
И только после этого подполковник ответил на звонок, но ответил неохотно, потому что этого звонка опасался и разговора, который предстоял, с удовольствием постарался бы избежать.
– Слушаю вас, товарищ полковник…
– Что дышишь тяжело?
– Только что догнал со взводом основную колонну. Уничтожили банду в составе семнадцати бандитов. Шла на соединение с Лорсануковым, практически одним с нами маршрутом. Боюсь, Лорсануков многих недосчитается в своем составе и вообще не решится выступить…
– Выступит, – категорично сказал полковник.
– Для него это вопрос будущего. Кахир всегда жадностью отличался. А ему, по нашим данным, за выступление платят. Он сам может и не пойти, а своих парней пошлет в любом случае, сколько бы их ни собралось. Мовсаров ему ни в чем не уступает, но в дополнение ко всему еще и сжигаем радикальным религиозным фанатизмом. Но нам это и не важно. Нам важно, чтобы они вместе собрались.
Всех вместе и накроем, вместе с грузинским подполковником, если решим все же его накрывать. Но это еще вопрос открытый. Ты, кстати, придумал, как в случае смены решения передать предложение Тамарову?
– Наверное, лучше всего через жену. Мой звонок будет подозрителен. Жена может говорить долго. Женщинам вообще многое прощается…
– Мы тоже так думали. А обеспечить свидание Тамарова с кем-то из наших агентов невозможно?
– Только на вершине какой-нибудь горы… Пригласить туда на шашлык двух подполковников… Другого варианта, чтобы Артема Василича при этом не «засветить», я лично не вижу.
"
"– Что-то ты, Александр Григорьевич, настроен, мне кажется, не лучшим образом…
– Никак нет. Вам показалось. И даже наоборот, товарищ полковник. Я наблюдал, как работает вытеснением взвод наших солдат, и пришел просто в восторг. И настроение имею вполне приподнятое.
– Извини, вот принесли от переводчика распечатку разговора Мерабидзе со своим шефом… Сейчас прочитаю, если есть что-то для тебя, сообщу… Подожди минутку…
Подполковник Бурлаков старался не отстать от основной колонны и шел на десяток шагов позади последней шеренги.
Трубку от уха не отрывал, и слушал при этом, как полковник повторяет раз за разом: «Так…», «Так…», «Так…», – и пытался уловить, что несет в себе это, в общем-то, малоинформационное слово. Оказалось, за словом скрывалось информации пусть и не много, но была она важной.
