— Расслабься, — пробормотал Лука, и я попыталась, — мне нужно растянуть тебя, принцесса.
Он снова прошелся языком по складочкам и клитору. Я мурлыкала от удовольствия. Дискомфорт внутри уменьшался с каждым ударом языка, приближая еще одно освобождение. Должно быть, Лука тоже это чувствовал, потому что, вытащив пальцы, он двинулся наверх, навис надо мной, вытянувшись в линию, и раздвинул мои ноги. Он двигал бедрами, пока не нашел нужный угол, а потом уперся кончиком в мой вход. И снова я замерла, мне хотелось заплакать от разочарования.
«Почему мое тело меня не слушается?» Лука поцеловал мой подбородок, потом губы.
— Ария.
Наши глаза встретились, в его отражалась некая внутренняя борьба. Я обняла его, располагая ладони на напряженной спине. В выражении его лица появилась уверенность. Лука сдвинул бедра, и давление увеличилось, от чего я напряглась. Он сделал резкий вдох.
— Расслабься, — сказал он, гладя мою щеку и целуя в губы, — я еще даже не вошел.
Его рука ласкала бедро, открывая меня шире.
Он медленно вошел. Я усилила свою хватку и сжала губы. Больно. «Боже, это чертовски больно. Он никогда не поместится». Когда ощущение разрыва стало сильнее, я захныкала и напряглась еще больше. Лука остановился, его челюсть была сжата, одной рукой он обхватил грудь, потирая и скручивая сосок.
— Ты такая красивая, — пробормотал он мне на ухо, — так прекрасна, принцесса.
Эти слова и то, как он дразнил мою грудь, заставили меня немного расслабиться, и он продвинулся еще немного.
Я снова напряглась. Лука поцеловал меня:
— Почти.
Он скользил рукой по моему телу, пальцы гладили живот, продвигаясь к складкам. Он медленно потер клитор, и я выдохнула. Сквозь боль и дискомфорт ощущались маленькие вспышки удовольствия. Лука неторопливо целовал меня и дразнил клитор, губы были горячими и нежными, а палец посылал покалывания по всему телу. Медленно мои мышцы расслабились вокруг его члена.
Качнув бедрами вперед, он вошел на всю длину, и я охнула, выгибая спину над кроватью.
Я зажмурилась, дыша через нос, чтобы справиться с болью. Чувство наполненности было слишком сильным, будто меня вот-вот разорвёт на части. Вжавшись в шею Луки, я начала считать, пытаясь отвлечься. «Потом будет лучше», — так говорили женщины на свадьбе. Но когда?
Лука медленно подвинулся, всего на дюйм. Но было слишком больно.
— Пожалуйста, не двигайся, — ахнула я, затем сжала губы от стыда.
«Другие женщины прошли через это, откинулись назад и страдали.
