— Чего же вы, мужики, какие-то половинчатые? Сначала добиваетесь девушки, а когда до цели остается всего-то шаг, сразу на попятную! Оробел ты, старшина, совсем, как я посмотрю. А мне со всех сторон девчата твердят, чего ты на Богдана не смотришь? Ведь он же разведчик! Геройский парень. Вся грудь в орденах и медалях!
— Послушай, Маруся, я по-серьезному…
— Ладно, давай оставим этот разговор на потом. Сейчас, глядя на голые девичьи коленки, ты можешь много всякого наобещать… Все вы так говорите, когда бабу хотите! Вот будешь потрезвее, тогда и поговорим… Ну, чего застыл истуканом? Поухаживай за девушкой! Как у вас там положено, спиртику ей крепенького предложи!
Богдан охотно протянул Марусе флягу.
Девушка выпила один глоток, потом второй. Вдруг как-то разом сомлела, тело ее размякло, и она протянула к нему тонкие красивые руки:
— Ну, иди ко мне, чего вдруг оробел? — Богдан подался вперед, зацепился ногой за край маскхалата и упал прямо на Марию, придавив ее к земле.
— Боже мой, какой ты все-таки нетерпеливый! Ну, не так же энергично! Девичью красу помять можешь! Не врали, девчата, когда говорили, что ты очень страстный! Давно у меня таких нетерпеливых не было! Ох, повезло же мне, дурехе! Знаешь, ты мне одного старшеклассника напоминаешь. Нравился он мне очень. Говорил, в армию скоро уйду, а девушки у меня еще не было… Договорились с ним на следующий день встретиться. Думаю, вот он, мой первый мужчина! Статный, высокий, красивый! Все как я мечтала.
Но он так разволновался, что у него ничего не получилось. — Неожиданно в голосе Маруси прозвучала тоска. — И уже больше никогда не получится… Убили его в сорок первом… Послушай, что там на небе? — вдруг громко спросила она. — Кажется, парашют.
— Какой парашют? — механически спросил Щербак, мысли его были заняты совсем другим.
— Большущий… Приближается.
— Что? — невольно опешил Богдан.
— Не о том ты думаешь, старшина! — раздраженно бросила Маруся и попыталась приподняться.
— Глянь туда!
Старшина, почувствовав некоторое сопротивление, притянул девушку к себе.
— Да что ты делаешь?! — возмутилась Маруся. — Сказано же тебе, парашютист над лесом. Сейчас сядет. Диверсант это!
— Да какой, на хрен, диверсант! — ни на шутку разозлился старшина. — Откуда им здесь взяться? Ты знаешь, сколько до линии фронта? У нас тут тыл глубокий! А потом, через каждую сотню метров патруливание.
