Нельзя было прятать голову в песок и дальше. Существовала та точка невозврата, после которой прощения быть не могло, но до неё мы ещё не добрались.
– Лида пришла ко мне через месяц после похорон. Сказала, что не хочет оставлять ребёнка, потому что у него не будет отца.
– И ты предложил вписать себя в свидетельство о рождении?
Я запрокинула голову и зло расхохоталась. Как же я уже ненавидела эту Лиду! И – самое ужасное – что этим чувством уже зацепило ни в чём неповинную малышку – её дочь.
Арс обернулся, в его взгляде тьма смешивалась с чувством вины.
Интересно, теперь он считал себя грешником по отношению ко мне, или же всё ещё пребывал там, в прошлом?
– Знаешь, что, Курилов… Ты не имел права делать за меня выбор… А ведь сделал. Сделал всё, чтобы я жила с лжецом. Чтобы родила ему детей… Когда ты признавал дочь Лиды, близнецы были лишь в проекте. Мы могли разойтись с тобой без особых последствий, а сейчас это нанесёт моральный удар двум мальчишкам, нашим сыновьям.
– Я не хочу с тобой разводиться! Я тебя люблю, Милаш…
Он сократил расстояние между нами, протянул руки, на что я размахнулась и ударила Арса.
Впервые в жизни. С силой, попав куда-то в район шеи.
– Пошёл вон! – закричала, не узнавая саму себя. – К чёрту! Вали к своей Лиде, скотина!
Я орала и орала, сыпала ругательствами, пыталась вновь и вновь дотянуться до лица мужа, чтобы залепить ему оплеуху, а он лишь закрывался и отступал.
А потом Курилов ушёл. Просто вышел из комнаты, а затем – из квартиры. Оставив меня одну, корчащуюся в судорогах истерики.
И с тем, чего бы я не пожелала никому.
Чувством рухнувшей жизни.
– Милочка, я ничего не знала, клянусь! – горячо заявила свекровь, когда мы с ней встретились в кафе.
Обсуждать сложившуюся ситуацию дома, в опустевших стенах, где провела ночь в слезах, было выше моих сил. И показывать мальчишкам, что их мама в полнейшем упадке, я тоже не хотела.
Поэтому утром, как только забрезжил рассвет, встала и принялась приводить себя в порядок. Ни Ярик, ни Вова не должны были ничего заметить.
Им, во-первых, было ещё очень немного лет. Во-вторых, имелась высокая вероятность того, что впереди моих сыновей ожидали большие потрясения. Так что сейчас хотелось минимизировать их переживания.
– Я верю вам, Мария, – вздохнув, всё же заставила себя отпить глоток кофе, хотя, мне в горло кусок не лез.
Я невольно задавалась вопросом – где сейчас Курилов? Поехал к Лиде? А что? Отличный выход из ситуации. Жена меня не поняла, я вернулся, дорогая.
