Время от времени я посылала ей открытки с ободряющими словами, книги, цветы… Она очень радовалась им. И всякий раз немедленно отвечала. Но при этом давала понять, что не хочет встреч. «Увидимся, когда мне станет лучше, – писала она, – сейчас у меня выпали все волосы, и я быстро утомляюсь…» Конечно, она не хотела, чтобы ее видели в таком виде. И порой у нее просто не было сил на разговоры. Мне в каком-то смысле было легче. Я не хотела лгать ей в глаза, даже мысль об этом была невыносима. Лгать в том смысле, что я знала насчет измены Ричарда и молчала бы о ней.
Это представлялось мне ужасным: собираться вечерами, как раньше, – Ричард, Норман, Бренда и я. Бывало, мы шли куда-нибудь съесть пиццу или встречались у кого-то дома. И вот мы дружно сидим за одним столом, и трое из нас знают, что четвертой изменяет муж. Что у него отношения на стороне, а она ничего не подозревает. Я бы этого не выдержала. Да и Норман тоже. Так что… мы не настаивали, не призывали Бренду к общению. Ситуация и без того была достаточно непростая.
– А вы не думали рассказать моей матери всё начистоту? – спросила Кейт.
Сюзанна вздохнула.
– Само собой. И довольно часто. Норман тоже. Но вот ведь какое дело: его с Ричардом связывала дружба. И мы с Брендой отлично ладили, но без них, наверное, никогда не познакомились бы и не подружились – хотя бы из-за разницы в возрасте. Норман просто не смог подставить своего друга, который, помимо прочего, был и его начальником. Обмануть его доверие. Я и сама опасалась последствий.
И не в последнюю очередь для карьеры Нормана. Мы были в тупике. И испытали огромное облегчение, когда эта пагубная связь прекратилась и Ричард, можно сказать, вернулся на праведный путь.
Кейт выпрямилась. Она услышала главное.
– Вам известно об этом что-нибудь? Об их разрыве, я имею в виду. Почему мой отец внезапно порвал с Мелиссой?
– Да, это было странно, – ответила Сюзанна. Она налила себе еще кофе, положила сахар и стала задумчиво перемешивать. – Я тоже пыталась что-нибудь выпытать из Нормана.
Но тот ничего не говорил. Ничего, что убедило бы меня.
– По-вашему, он знал истинную причину? И не хотел ее называть?
Сюзанна ответила не сразу.
– Сложно сказать. Он утверждал, что знает не больше моего. И все-таки у меня было такое чувство… не могу объяснить… просто было ощущение, что он знает что-то еще. Но по каким-то причинам не хочет этого говорить. Я полагала, он пообещал Ричарду держать рот на замке, и не понимала, почему.
