Какой он супруг? Я уже четыре дня в этом Липатове, вокруг горы трупов, а Ромке и горя мало. Интересно, чем он вообще занят? Вопросов у следователя было немного, а отвечала я, по причине неожиданно нахлынувшей тоски, вяло, и вскоре мы расстались.
Не успела я вернуться на веранду, как писатель бросился ко мне со словами:
– Какого черта вы выдумали эту сказку?
– Что? – растерялась я.
– Какого черта вы выдумали, что ночью ко мне кто-то приходил?
С Женькой беседовали раньше, чем со мной, после нее как раз опрашивали Владислава Петровича, тут-то он и узнал от следователя о наших показаниях.
– Я ничего не выдумала, – ответила я с достоинством, по крайней мере, на это рассчитывала. – Я действительно слышала, как вы разговаривали ночью с мужчиной…
– С каким мужчиной? – удивился Бороднянский.
– Я его не видела. Только слышала.
– А я слышал, что вы вовсе не из газеты, а детективы пишете. Так вот, уважаемая, жизнь – это не литература. Из-за ваших глупых бредней у людей могут быть неприятности. Вы отдаете себе отчет?
Слово за слово, и мы многое чего успели сказать друг другу.
В крайней досаде, хлопнув дверью, Владислав Петрович удалился в свою комнату. Поле битвы, таким образом, осталось за мной, что, впрочем, не очень-то и радовало. Конечно, писатель – подозрительная личность, но если все-таки к убийству отношения не имеет, то выходит, что я оклеветала человека. Впрочем, какая же клевета, если разговор я и в самом деле слышала?
Совершенно несчастная, с головной болью, я сидела возле окна и мучилась своими мыслями.
К тому времени милицейские чины покинули Липатово (правда, участковый предпочел остаться в деревне), а у нас появился Горемыкин. То есть он пришел гораздо раньше вместе с жителями и все это время проявлял повышенную активность, желая быть в курсе событий. Ближе к вечеру он утомился и остался у нас ужинать. Писатель к ужину не вышел. Лидия Артуровна смерила меня гневным взглядом и заметила:
– Удивительно, как мало у некоторых людей совести.
Я неожиданно покраснела, а Женька рявкнула:
– Вы дур из нас делать прекратите.
Что мы слышали, за то отвечаем. Ваши тайны нам по фигу, но здесь убийство, и промолчать мы не могли.
– Нормальная гражданская позиция, – хмыкнул Валера, и Бороднянская сразу же накинулась на него.
– А вы что зубы скалите? Моего мужа пытаются смешать с грязью, а почему? Потому что каким-то девицам что-то там послышалось. А между тем господам из органов следовало бы обратить свое внимание на вас.
