– Все еще Кукуя ловите? – Валера хихикнул, а Лидия Артуровна выдала презрительную улыбку. Женька собралась было высказаться, но сдержалась, чему я порадовалась – под горячую руку подружка могла сказать лишнее.
– Пойду приму душ, – немного невпопад сообщила я и кашлянула, Женька поняла меня правильно и тоже решила принять душ. Как только мы остались одни, я заявила: – Между ними что-то произошло.
– Ты тоже заметила? – обрадовалась Женька.
– Да… – неуверенно кивнула я, неуверенность относилась к тому, что конкретизировать свои впечатления я не могла, и Женька, к сожалению, тоже.
После душа мы переоделись и отправились на веранду, договорившись «смотреть в оба», то есть никакого плана у нас не было, и это тяготило. Веранда оказалась пуста, девушка, дежурившая в холле, сообщила, что вся компания отправилась на прогулку.
– Пойдем и мы, – предложила Женька.
Мы отправились к реке. Вскоре из-за ближайших деревьев показался Валера и с радостной улыбкой присоединился к нам.
– Не возражаете, если я пройдусь с вами?
– Конечно, нет.
А где остальные?
– Писатель решил поработать, его супруга вздремнуть, а Иван Иванович ушел к себе. По-моему, он на что-то обиделся.
Само собой, речь зашла об убийстве, то есть о предполагаемом убийстве, раз уж труп не найден. Мы повозмущались работниками милиции, которые до сих пор не соизволили приехать, и Валера высказался в том духе, что Горемыкин каким-то образом причастен к происходящему в Липатове, хотя, почему он так думает, объяснить не смог. Чем дольше я его слушала, тем настороженнее становилась, а потом мне и вовсе пришла в голову мысль: вот мы с Женькой решили получше приглядеться к соседям, а не с той ли целью Валера увязался за нами? Приглядеться и выведать, что нам известно о происходящем? Правда, нам ничего не известно, но все равно, парень жутко подозрительный.
Словом, мы приглядывались друг к другу и занимались этим до позднего вечера, впрочем, без особых успехов с обеих сторон.
Валера проводил нас до дверей комнаты и ушел к себе. Мы слышали, как он бродит у себя, чем-то скрипит, наконец затих, должно быть, лег спать.
Нас с Женькой в отличие от других постояльцев переполняла жажда деятельности.
– Интересно, Вова Татарин не вернулся? – вслух подумала она, а я кивнула:
– Еще не худо бы поговорить с внуком тетки Августы. Ближе к ночи они на осадном положении, и сейчас внучок должен быть дома.
– Заодно узнаем, не приехал ли Коля.
Держа кроссовки в руках, мы выбрались из комнаты и через кухню вышли на улицу.
