Не говори Кингу.
— Почему не говорить? — шепчет она, будто это сложный заговор.
— Он постоянно ведет себя, как мудак, в то время как я только время от времени бываю мудаком.
Она смеется, тыча меня пальцем в бок.
— Не позволяй ему услышать, как ты это говоришь.
— Наш секрет. От этого зависит моя жизнь — серьезно.
— Если ты это знаешь, почему продолжаешь провоцировать его?
Я приподнимаю плечо.
— Потому что это весело.
— Весело, да?
— Говоря о веселье или его отсутствии, я все еще плачу в подушку каждую ночь, потому что ты отказалась выходить за меня и бросила меня своей приемной сестре.
— я притворяюсь печальным. — Я думал, что значу для тебя больше, чем пустая забава, Элли.
— Эй, Тил великолепна.
— Великолепна все-таки?
— Да. Ее просто неправильно поняли.
— Неправильно поняли, а? Ты, конечно, слышала об ужасной истории, которую она начала вчера в школе?
Она неловко улыбается. Этим я попал в самую точку.
— Она просто защищает и не любит, когда ее провоцируют.
— Думаешь, она хочет всей этой помолвки?
— Она сказала, что хочет.
Я не пропускаю, как морщится лицо Эльзы, когда она произносит эти слова. Она ей не верит.
Это... интересно.
— Думаешь, она лжет? — я изображаю безразличие.
— Нет, но... — она смотрит на меня, прикусив губу. — Ты тоже мой друг, и я думаю, тебе нужно это знать.
— Знать что?
— Думаю, что Тил всегда была влюблена в Агнуса.
Снова гребаный Агнус. В следующий раз, когда я увижу его, произойдет что-то детское и нехарактерное — или преступное, в зависимости от настроения.
— Для протокола, ты мне нравишься больше всех, Ро. — Эльза похлопывает меня по руке, которая висит у нее на плече. — Агнус чертов манипулятор, и мне не нравится, что он важен для папиного бизнеса. Если мне придется выбрать чью-то сторону, она, несомненно, будет твоей.
Я кладу руку на сердце.
— Я знал, что ты любишь меня. Так вот, насчет секса втроем, о котором Эйден не должен знать...
— Прекрати, — хихикает она.
— Клянусь, мой член больше, чем у него.
— Откуда ты это знаешь?
— Душ, Элли. Когда-нибудь слышала об этом? Мы с Эйденом принимали душ вместе больше раз, чем я мог сосчитать.
Ее щеки краснеют.
— Я не нуждалась в этом образе.
Я приподнимаю бровь.
— Да, ты нуждалась. А теперь давай придумаем, как мы повеселимся без него.
— Без кого? — голос Эйдена врезается в мой план, как меч дьявола.
Он убирает мою руку с плеча Эльзы и встает, между нами, прижимая ее к себе за талию.
