"
"У меня свой мир, и никому в нем не рады.
Иногда, как сейчас, их лица расплываются, пока черты не сливаются друг с другом, оставляя четкие линии позади.
Оторвав от них свое внимание, я сосредотачиваюсь на Эльзе.
— Да?
— Я слышала о твоей сделке с папой.
Она достает плитку темного шоколада.
Я без колебаний беру одну дольку у нее и откусываю, наслаждаясь насыщенным вкусом. Эльза ведет себя как старшая сестра, хотя всего на несколько недель старше меня.
— Ты не должна этого делать, Тил, — ее голос смягчается.
— Не должна делать что? — я украдкой бросаю еще один взгляд на статью о Наполеоне.
— Ты знаешь, о чем я. — она хватает меня за локоть пиджака, что является для меня сигналом обратить внимание.
— Это не ракетостроение, Эльза. Папа нуждается в помощи, поэтому я вмешалась.
Она прикусывает нижнюю губу, и я не уверена, является ли это какой-то тактикой соблазнения или ее способом сдержать что-то. Я видела, как она делала это со своим парнем, и до сих пор не могу этого понять.
Я соглашаюсь с необходимостью сдержать что-то, потому что сомневаюсь, что она жаждет меня соблазнить.
Это было бы, э-э, неловко, тем более что я почти уверена, что она вроде как поняла, к кому я неровно дышу.
— Папа никогда бы не заставил тебя делать то, чего ты не хочешь, Тил. Помнишь, как он повел себя, когда я отказалась от брака по договоренности?
Это потому, что ты его биологическая дочь и его гордость.
Не то чтобы папа не любил меня и моего брата близнеца. Он заботился о нас с того дня, как нашел нас, свернувшихся калачиком, истекающих кровью и умирающих от голода.
Но факт остается фактом: мы всего лишь его приемные дети. Эльза его настоящая дочь.
— Я вызвалась добровольцем, — говорю я.
Эльза останавливается посреди зала, привлекая некоторое внимание зрителей.
— Что?
Я приподнимаю плечо.
— Я сказал папе, что сделаю это.
— Но в другой раз ты спросила меня, хочу ли я этого. Думала, ты против браков по расчету.
— Я спрашивала, хочешь ли ты этого, и если бы ты этого не хотела, я бы выдвинула свою кандидатуру.
Кто-то же должен помочь папе после того, как ты решила этого не делать.
— Ой. — она морщится.
— Эх, извини, я думаю.
С тех пор как я начала каким-то образом постигать человеческую природу, я поняла, что они обижаются, когда им в лицо бросают правду. Мой брат близнец Нокс говорит, что я слишком прямолинейна и что я звучу, как сука.
— Все в порядке. Я знаю, что твой разум думает только о донесении сути.
