Я чертовски надеюсь, что это не представление, потому что Рон Астор Второй и его легендарный размер накинули бы веревку на шею, и это стало бы гребаной трагедией.
Быть может, мне нужно похитить Нокса и пытками выбить из него ответы.
Или нет.
Похищение и пытки будущего шурина не одобряются в девяноста девяти процентах культур.
Кроме того, я хочу, чтобы она стала той, кто расскажет мне, а не он.
Но если она думает, что может убежать от меня, прогуливая школу, она, должно быть, не знает меня.
Я Астор. Мы не останавливаемся.
Мой прапрадедушка привез свою жену из Африки. Когда его семья не согласилась, он как бы показал им средний палец и все равно женился на ней. Вернее, он докучал ее, пока она не согласилась выйти за него замуж.
Я такой тип Астора.
Он разбил лагерь в Африке — мне повезло, что мне просто нужно разбить лагерь перед домом Стил.
— Ронан.
Я отрываю голову от телефона на папин голос, понимая, что слишком долго смотрел на отсутствие сообщений.
— Никаких телефонов, — шепчет Ларс.
— Насколько тяжело следовать этой простой инструкции, молодой лорд?
Я пристально смотрю на него, а он притворяется беззаботным, уставившись на отца.
Я ухмыляюсь, засовывая телефон в карман.
— Пожалуйста, продолжай. Приношу извинения за свое неадекватное поведение.
Папа, должно быть, чувствует сарказм в моем чересчур шикарном тоне, но отмахивается.
— Мы здесь, потому что нам с твоей матерью нужно, чтобы ты кое-что узнал.
— Еще одна поездка? — я усмехаюсь. — Ох, подожди — на этот раз Мальдивы?
— Ронан.
..
Мамины глаза опускаются вниз, и я жалею, что не могу как-нибудь ударить себя по яйцам. Удар должен был быть направлен на отца, а не на нее. Это он всегда куда-то ее увозит.
— Ронан, — ругается отец.
Я встаю.
— Меня не интересуют твои пункты назначения, отец. Ларсу это интересно.
— Но разве тебе не нужны даты? — отец огрызается в ответ. — Чтобы ты мог устраивать свои бесконечные вечеринки.
— Ларс... — я недоверчиво смотрю на него. — Ты чертов предатель.
— Язык, — ругается отец. — И я говорю с тобой, а не с Ларсом. Ты действительно думал, что что-то может происходить под моей крышей, и я ничего об этом не узнаю?
Да, отец. Это уже, блядь, произошло.
Мне требуется все мужество, чтобы не пялиться на Эдуарда. Я пытаюсь стереть его из жизни.
— Что ты пытаешься доказать всеми этими вечеринками, Ронан? Выпивкой? Травкой? Алкоголем? — голос отца с каждым словом становится все более смертоносным.
