Ронан Астор единственный наследник Графа, и у него нет возможности отказаться от желаний своего отца. Он идеальная марионетка, которую кто-то использует из-за его симметричного лица и игривого характера.
Он всегда должен был жениться по договоренности, и у него нет возможности отказаться. Это означало бы опозорить фамилию великого Эдрика Астора, чего человек никогда не допустит.
Вместо гнева или, по крайней мере, раздражения, как я ожидала, его ухмылка становится еще шире.
— Зачем мне говорить, когда я поручаю тебе выполнять грязную работу, ma belle — моя красавица?
Я буду выполнять не только твою грязную работу.
Вместо того чтобы сказать это, я улыбаюсь ему, подражая его улыбке, но я плохо умею притворяться, поэтому сомневаюсь, что это выходит чем-то иным, кроме гримасы.
— А если я откажусь, ваша светлость?
— Я дам тебе один совет просто потому, что ты сестра Эльзы и Нокса.
Я не получаю предупреждения, прежде чем он хватает меня за затылок. Его рука заполняет крошечное пространство, шокируя мою кожу, обхватывая шею сзади.
Аромат чего-то пряного наполняет мои ноздри, когда он наклоняется, чтобы прошептать мне в мочку уха.
— Беги, ma belle — моя красавица.
Глава 3
Ронан
Быть мной легко.
Есть несколько рецептов успеха.
Первое, всегда улыбайся.
И все. Тебе больше ничего не нужно. Есть какой-то философ, который сказал, что люди проигрывают свою борьбу, свой гнев и даже чувствуют себя униженными, когда вы противостоите их злобе с улыбкой.
Хотя я подозреваю, что он имел в виду это как: «Старайтесь быть хорошими людьми, дети.» Должно быть, я как-то пропустил эту часть своего философского путешествия, которая в основном состоит в слушании, как Коул несет чушь о последней прочитанной им книге.
Зачем тратить свою жизнь на чтение книг, когда вы можете прожить ее? Когда вы можете вдохнуть ее в свои легкие и выдохнуть обратно в мир?
В то время как такие ботаники, как Коул, тонут в книгах, я даю авторам вдохновение и материал.
Моя жизнь лучшая форма повествования, которая когда-либо существовала.
Не благодарите меня пока.
Я зеваю, спотыкаясь, поднимаюсь с кровати и принимаю роботизированное положение стоя. Первая странная вещь, которую я замечаю, это отсутствие плоти. Я имею в виду, девушки. Знаете, их конечности обычно обвиваются вокруг меня парами по три или четыре — у меня нет предела.
Сегодня в моей постели никого.
