Туда же убрал связку перетянутых аптечной резинкой маркеров, кевларовый бронежилет с титановыми пластинами и разгрузку, а вот короткий тесак внутрь не поместился, его отложил на пол.
– О! – удивился вдруг брат. – Совсем про них позабыл.
– Это что? – спросил я, раскрывая картонную коробку, в гнездах которой обнаружилось шесть стеклянных шаров размером чуть меньше кулака. Они едва заметно светились, и благодаря этому становилась заметна вплавленная в стекло тонкая проволока. Алхимическое содержимое переливалось, словно внутрь залили раскаленное масло.
– Оранжевые – зажигательные, белые – замораживающие. С зелеными осторожней, они с отравляющей химией, без респиратора не применяй.
– Который ты мне продал, подойдет?
– Подойдет, только смотри, чтобы брызги на кожу не попали. Иначе – считай, покойник.
– Не приведут они к тебе?
– Нет, это старье страшное, их давно списали. Для активации надо пальцем на специальную метку надавить, а это в боевых условиях не всегда удобно. И учти – они абсолютно незаконны, не попадись.
– Уж постараюсь, – пообещал я, затягивая шнуровку рюкзака. – Это все?
– Удачи.
Прихватив тесак в простых ножнах и сверток с двустволкой и «слонобоем», я вышел из каморки и по лестнице поднялся наверх. Клим запер дверь и побежал следом.
– Твои как? – спросил я его уже на улице.
– Нормально, – просто ответил Климов и вдруг в свою очередь поинтересовался: – А почему ты мне ту историю только сейчас припомнил?
Я лишь рассмеялся.
– Нет, серьезно, – продолжил настаивать на ответе брат.
– Почему сразу претензий не предъявил?
– Понимаешь, Клим. Мы взяли гораздо больше, чем рассчитывали, и у нас не было каналов для сбыта. А пропажу стали бы искать, так? Рано или поздно нас бы нашли, так какого черта? Ты все сделал правильно.
– Действительно так считаешь?
– Ну… почти все, – усмехнулся я, убирая в машину оружие. – Старое барахло вот мне только втридорога продал."
"– Да это даже не оптовые цены! – возмутился Климов. – Себе в убыток отдаю!
– Только ты этого не покупал.
– Так и ты мне золота не отдал. Вот грохнут тебя, Хмель, и что?
– Типун тебе на язык, Клим.
– А если не грохнут, а живым возьмут? Понимаешь, чем я рискую?
– Дело верное.
– Да? А мне золото еще в оборот пустить придется, чтобы прибыль получить.
Я распахнул дверцу и махнул рукой:
– Уговорил, короче! В расчете!
– В расчете будем, когда золото отдашь.
– За мной не заржавеет, – рассмеялся я и завел двигатель.
