Спустя час воровка сдалась, тогда и сгрёб её к себе под одеяло.
— Всё, лежи спокойно. Неугомонная.
— Да ну тебя, — пробурчала недовольно, но тут же разнежилась и пригрелась в моих объятиях.
Утром мы выяснили, что находимся на восточной границе Рязанского княжества. Учитывая это, рванул на восток до Оки, которую пропустить было сложно. Вдоль неё сделал рывок до Нижнего Новгорода, где Ока впадает в Волгу. Город большой и красивый, огромная крепость, несколько дворцов, мощнейший порт и уйма кораблей на приколе.
Велик был соблазн туда нагрянуть, но, судя по всему, там тоже народ всполошился. Потому что жирную птицу с размахом крыльев в пятнадцать метров, летящую на высоте двух–трёх сотен метров заметит издали даже слепой.
Ушёл южнее, дабы не выхватить от местных магов и не вызвать сердечный приступ у стариков, двинул по широкой замёрзшей Волге до Казани. Какие же красивые виды! Даже Белка визжала от восторга, приспособившись в моей кабине.
С тремя остановками на привалы на путь ушёл почти весь день.
И море сил.
Засмотрелся на огромную казанскую крепость, которая по величине ненамного меньше московской. И порт тут огромный, даже больше, чем в Нижнем Новгороде. По пирсам кораблей не счесть, вморозились хорошо, ждут своего часа. Сани гоняют по льду, много людей разгуливает по замёрзшей реке.
Быстро сориентировавшись, Белка показала, куда лететь. На юго–востоке от города, на правом берегу Волги плотные постройки километрах в трёх от воды.
Учитывая вечер, не стал слишком далеко приземляться от пригорода.
Снизился метрах в ста от домов на поляне, втянул быстро дерево и взятки гладки. А птица гигантская? Да вроде тут пролетела и умчала дальше. Мы и сами чуть не обосрались.
Воровка выползла из кабины, со стонами кое–как поднялась. Осмотрелась.
— Никогда бы не подумала, что снова окажусь во владениях гильдии, — прокомментировала. — Пошли, заглянем кое–куда. Пока меня не узнали и не пришибли.
— А кто на тебя так зуб точит?
— Да все, — фыркнула."
"Дошли до первой улицы, вечером в мороз не видно гуляющих.
Но всё же доносится издали скрип дверей да снега под ногами. Судя по нерасчищенной дороге, места здесь непопулярные. Следов от повозок нет, только от лошадиных копыт да сапог. Практически во всех домах горит в окнах свет, валит дым из труб.
Белка довела до широкой двухэтажной таверны на перекрёстке, откуда доносится весёлый гам и смех пьянчуг. Явно злачное место, где пьют и жрут только свои.
— Побудь тут, — выпалила.
