Его щетинистая физиономия была испачкана оранжево-желтым, словно он ел, опустив лицо в миску. Как свин.
Он чавкал и пальцем отирал остатки супа со стенок миски. А потом отправлял их в рот. Фу.
— Любой человек жаждет вернуть утраченную свободу, — как можно тверже произнесла я, смело глядя на папашу Якобса.
— Я взял тебя не для того, чтоб выпустить волной пташкой в свет! — сердито ответил он, отирая грязную руку об живот. — Ты видишь, что здесь все в упадке? Женской руки тут не хватает! Нужно все отмыть, привести в порядок!
— Отмою, —не моргнув глазом, ответила я.
— Но это еще не все! — желчно продолжил старикашка. — Помимо уборки еще готовка… Ты, стало быть, хорошая стряпуха?
— Лучшая в городе, мастер Якобс, — не моргнув глазом ответила я.
— Значит, деньги не украла, а заработала, гхм, — похоже, паранойя Якобса поутихла. Он отведал моего супа и поверил, что заработать я и вправду могу. — Значит, так. Хочешь на свободу усвистать? Изволь! Кроме ежедневной работы здесь верни мне потраченное на тебя на торгах — пару серебряных.
Да содержание твое, еще пару, да кров над головой, да… словом, дюжина серебра!
У меня в глазах потемнело. Дюжина серебряных! Это где ж их взять!
— Ну, еще перемыть тут все, перечистить, — продолжал папаша Якобс. — Ну, чего встала? Быстрее исполнишь все, быстрее освободишься! За работу давай принимайся, лентяйка!
Он обернулся к Карлу, покопался в кармане грязных штанов и вынул пару монеток.
— Живо тащи мне самогону! — рявкнул он на сына, кинув ему деньги. — Да смотрите мне! Ужин погано приготовите — шкуру спущу с обоих!
И, шаркая ногами, побрел в свою комнату.
Вот же жадный старикашка! Уборка, готовка, и прочие услуги
Двенадцать серебряшек, двенадцать! Откуда столько взять?!
Положа руку на сердце, это было чересчур много.
На десять серебряных можно было купить маленький, но приличный домик. На оставшиеся два — корову или пару молочных коз. Молоко продавать, уже с голода не помрешь.
Откуда бы мне, несчастной служанке, столько денег взять?!
И утащить у папаши Якобса не получится.
Он прекрасно считал. Он знал, сколько лесорубов к нам заходит, мог посчитать, сколько они денег оставят. Да еще и дрова… по дровам тоже мог определить, сколько гостей заходило.
Вот как тут заработать?!
— Не грусти, — робко ободрил меня Карл. — Я тут подумал… Ты права. Если я устроюсь к кому-то работать, ну, например, на ночь, то мы сможем набрать нужную сумму.
Я обняла Карла, чуть не расплакавшись.
— Добрый ты человек! — прошептала я.
