Сядь на стойку"".
Я поднимаю брови.
Он делает шаг ко мне. ""Сейчас, Милен"".
Когда я не делаю ни шагу, он делает еще один шаг вперед, заставляя меня отступить на два шага назад. И еще один. Моя спина соприкасается со шкафом.
""Сядь"".
Я хватаюсь за край столешницы и приподнимаюсь, чтобы сесть.
""Ты порвешь швы"", — говорю я.
""Не порву. Садись""."
"Гадая, что он имеет в виду, я делаю, как он говорит, наблюдая за ним все это время суженными глазами. Он делает шаг ближе, кладет руки на стойку, по одной с каждой стороны от моих ног, и смотрит на меня сверху.
""Сними свои шорты и трусики"".
Он не может быть серьезным.
Пока я смотрю на это, Сальваторе берет мои лодыжки и наклоняется вперед.
""Сейчас"", — говорит он и кусает шорты, прикрывающие мою киску.
Мои руки слегка дрожат, когда я поспешно расстегиваю шорты и снимаю их вместе с трусиками. Как только я выпрямляюсь, Сальваторе зарывается лицом между моих ног. Я ожидала, что он начнет медленно. Я ошибалась. Он так энергично сосет мой клитор, что я вскрикиваю и запускаю руки в его волосы, сжимая темные пряди, пока он лижет и ласкает их языком.
Его правая рука движется вверх по внутренней стороне моего бедра, все выше и выше.
""Швы"", — произношу я, а затем хнычу, когда его язык снова лижет мои складочки.
""Они с левой стороны"", — говорит он, вводя в меня палец.
Мои глаза закатываются обратно в голову, а ноги дрожат. Еще один палец входит в меня. Я задыхаюсь и тянусь, чтобы схватить полку справа. Сальваторе продолжает лизать мою киску, пока его пальцы двигаются внутри меня, растягивая мои стенки, снова приводя меня в состояние полного блаженства.
""Боже мой"", — стону я и откидываю голову назад. Когда я чувствую легкие покусывания моего клитора, я кончаю так внезапно, что чуть не падаю с этой чертовой столешницы.
""У тебя дрожат ноги"", — говорит Сальваторе и медленно раздвигает пальцы.
Это не только мои ноги. Мой гребаный мозг трясется вместе с остальным телом. Я отпускаю полку, за которую держалась, и опускаюсь вниз.
""Мы оба могли бы оказаться на полу"", — говорю я, когда мне удается перевести дыхание. ""Ты сумасшедший"".
Он качает головой в сторону и кладет ладони на мои щеки, глядя на меня своими глазами. ""А мне послышалось, что я ""твой"", — говорит он, — и ""бог"""".
Я фыркаю в отчаянии. ""И скромный"". Затем я качаю головой и прижимаюсь ртом к его рту, пробуя себя на нем.
""Нет, не совсем"". Его руки слегка сжимаются. ""И я бы никогда не позволил тебе упасть, Милен"".
