На утро ничего серьезного запланировано не было, лишь после обеда предстояла еженедельная планерка в Управлении, очередная бесполезная трата драгоценного времени на пустую болтовню тех, кто и близко не стоял к «земле» и реальным расследованиям преступлений, узнавая обо всем из сводок.
Подумав, Степнов достал мобильник и написал Владу короткое смс: «Буду позже», после чего приглушил звук на телефоне, а потом и вовсе решил оставить его на кухне и вернулся обратно в постель, которая впервые за столько времени не была пустой.
Кажется, вот оно такое долгожданное счастье, но все омрачали мысли о вчерашнем разговоре со Шведовым. Неизвестно на чьей он стороне, но он прав — Юля и Данька теперь его «слабые места», и, если понадобится, давить на него будут именно через них. Какое-то время Саша лежал, закинув руки за голову и глядя в потолок, перебирая в уме свои невеселые думы, пока снова не провалился в тяжелый, беспокойный сон без сновидений. На улице уже совсем рассвело, когда чуткий оперский слух уловил, как в соседней комнате негромко заплакал Данька.
— Ну, привет, — взяв сына на руки, отнес его на пеленальный столик и принялся менять подгузник. Вмиг успокоившийся Даня уже радостно улыбался отцу, которого так редко видел, и тянул к нему ручки. — Голодный? Придется нам маму будить, — вздохнул Саша и с сыном на руках направился в комнату, где спала Юля.
Как только он опустился на кровать, она тут же открыла глаза.
— Мы есть хотим, — шутливо проговорил парень, осторожно укладывая рядом с ней малыша, и взглянул на нее долгим взглядом, желая запечатлеть в памяти этот момент их первого совместного пробуждения.
"
"Под его изучающим взглядом Юля невольно потянулась к одеялу, чтобы натянуть его повыше и уже по привычке скрыть от него любую обнаженную часть тела, потом вдруг поняла, насколько глупо это будет выглядеть, учитывая, что ей нужно кормить ребенка, и растерянно подняла глаза на Степнова.
— Я пойду чайник поставлю, — заметив смятение на ее лице, улыбнулся он и, поднявшись с кровати, вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.
Уложив Даньку поудобнее, Юля принялась за кормление, а в голове отчаянно метались воспоминания о прошлой ночи. Неужели, это случилось? Даже не верилось. Но действительность говорила сама за себя — она лежала полностью обнаженная в постели Саши, тело еще помнило его ночные ласки, внизу живота немного поднывало, словно все произошло в первый раз.
