— Юль, а ты на улице не хочешь прогуляться? Столько дней на свежем воздухе не была, а ребенку это необходимо. Может, посидим на лавочке, — предложила Лена, после того как они вышли из такси возле Юлиного дома. — Или ты отдохнуть хочешь? — Я за эту неделю на всю жизнь вперед отдохнула, — честно ответила девушка. — Не помню, когда я в последний раз столько спала."
"Они направились во двор, и присели на лавочку возле детской площадки, по которой бегало несколько малышей. Глядя на их веселую возню, Юля невольно улыбнулась и приложила руку к животу, пока еще никак внешне не выдававшему ее положение.
— Я вижу, ты совсем не рада возвращению домой. Боишься? Что этот Саша придет? — Лена взглянула на нее внимательным взглядом, отметив и грустную улыбку на бледном лице девушки, и это легкое поглаживание пока еще плоского животика. — Он, кстати, звонил, спрашивал, когда тебя выписывают.
— И ты сказала?! — улыбка моментально сползла с губ Юли, а глаза наполнились страхом.
— Нет, но… — начала, было, медсестра.
— Пожалуйста, не говори ему, что меня выписали, — быстро проговорила девушка, схватив Лену за руку.
— Юля, послушай, это не совсем нормально. Тебе не кажется? — вопросительно посмотрела на нее Лена. — Кто он? Почему ты его так боишься? — Опер… Начальник оперов, — растерянно ответила Юля, с опозданием понимая, что это вряд ли о чем-то скажет ее собеседнице.
— И… — протянула та.
Юля помолчала, решая для себя, рассказывать или нет. Она столько времени держала это в себе, терзаясь мыслями и воспоминаниями, возможно, произнеся, наконец, это вслух, выговорившись, ей все же станет легче с этим жить.
— Я ревизию у них проводила. В отделе. А он клеиться начал, проходу не давал, — после продолжительной паузы, которую Лена понимающе не прерывала, медленно проговорила девушка. — Потом приставать стал, руки распускать.
Когда никто не видит. Прямо на работе. Один раз вообще домой ко мне заявился, с парнем моим подрался. Сказал Максу, что у нас с ним было.
— Макс…это парень твой? — уточнила ее собеседница.
Юля кивнула, чувствуя, как при одном упоминании о Максе к глазам подступили слезы.
— А парень твой что? Где он сейчас? — поинтересовалась Лена, пытаясь представить в голове целостную картину всей ситуации.
— Он, — тяжело вздохнула Юля, борясь со слезами, — он умер. Его избили, и он умер, — она повернулась к Лене и все же расплакалась. — Представляешь? — Господи, кто избил? Этот опер? — притянув ее к себе и погладив по плечу, ужаснулась та.
