— Это уже к лечащему врачу, Парфенов Эльдар Романович, — вздохнув, с неохотой сказала та, и Степнову ничего не оставалось, как отойти от окошка.
Эта встреча на лестнице вызвала бурю эмоций, с которыми Саша был не в силах совладать. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы все внутри вновь перевернулось и полетело куда-то вниз. На ней не было ни грамма косметики, длинные волосы собраны в хвостик, на стройной фигурке больничная одежда, но она была такой хрупкой и женственной даже в таком виде. Значит, пока он просиживал вечерами в машине возле ее подъезда и поджидал возле работы, оказывается, она находилась в больнице.
Только почему она находится здесь столько времени? Ту девушку, секретаршу из Прокуратуры, он забирал после аборта уже часа через три. А Юля здесь, видимо, уже несколько дней. Может, возникли какие-то осложнения, и ей назначили лечение? Ординаторская находилась в начале отделения рядом с медицинским постом.
Постучавшись и услышав короткое «Да», Саша вошел в кабинет.
— Эльдар Романович, здравствуйте, — поздоровался он с мужчиной средних лет, сидящим за столом возле окна.
— Здравствуйте, вы ко мне? — немного удивленно спросил он, взглянув на его повязку, выглядывающую из-под накинутой на плечи ветровки. — Чем могу помочь? — Я по поводу вашей пациентки… Сергеевой Юлии…
— А вы кто? Родственник? Степнов достал из кармана две пятитысячные купюры и, положив на стол, медленно пододвинул их к врачу.
— Мне очень нужно знать, как она… Тяжело вздохнув и смерив парня вымученным взглядом, доктор убрал деньги в верхний ящик стола и, порывшись в стопке медицинских карт, выудил оттуда одну и стал листать.
— У нее какие-то осложнения? — не меньше минуты наблюдая за его действиями и все-таки не выдержав, спросил Саша. — Может, нужны лекарства? — Ну, пока она находится здесь, мы обеспечиваем ее всем необходимым, — проговорил врач. — Но для сохранения беременности и профилактики новой угрозы ей придется принимать поддерживающие препараты вплоть до третьего триместра.
Степнов молча смотрел на врача, пытаясь сопоставить услышанное в голове.
— Какой срок? — наконец произнес с трудом, словно ему не хватало воздуха.
— Десять — одиннадцать акушерских недель, — сверившись с записью в начале карты, ответил мужчина. — Обычных — восемь-девять… ну, вы поняли… Беременность тяжелая, сильный токсикоз, организм еле справляется. Нужно пить витамины, хорошо питаться, поменьше нервничать, чтобы снова не возникло угрозы. Ну и, конечно, лекарства.
