— Ты думаешь, у меня он от холодной воды встал? — лицо мое тут же запылало. — Как медик, ты должна знать, что там происходит противоположный процесс, — нависнув надо мной, выговаривает. — Если не хочешь, чтобы тебя завалили непристойными предложениями с применением грубой силы за отказ, будешь делать вид, что спишь ты только со мной! — последнее предложение проговорил мне прямо в губы. Я чуть на мостик не встала, отдаляя от него лицо.
Тут бы взять паузу для размышлений, но командир не из тех, кому все эти девичьи метания могут прийтись по душе.
Допустим, он прав. Я сегодня уже столкнулась с некоторыми проявлениями излишнего внимания. Появление Багирова на всех этих охотников действует отрезвляюще. Личность он авторитетная, тут не поспоришь. Защищаться ни от кого не придется, только от самого командира.
— Ладно, можете сказать, что… ну, мы с вами… — в движения приходят руки, будто с их помощью я могу лучше объясниться.
— Трахаемся, — подсказывает майор, для этого выбирает самую примитивную и грубую форму.
— В отношениях, товарищ майор! — пропадает неуверенность и нервозность. — Без пояснений, если можно.
— Ты, когда подо мной лежать будешь, продолжишь обращаться «товарищ майор»? — злится командир. Но даже не представляет, как меня злит он своим заявлением, но сказать я ничего не успеваю, Багиров продолжает: — Переходи на «ты». Мы в отношениях с этой минуты, Аля, — выговаривает тихо, но зло, особо выделяя «в отношениях». Я оглядываюсь, чтобы наш разговор больше никто не услышал.
Не знаю, какой тропой мы пошли, но вокруг ни души.
— Я под вами лежать не буду! — повышая голос. — Не знаю, что вы себе там выдумали, — киваю в сторону «душевой», — но мы ограничимся фиктивными отношениями, если вы действительно хотите меня защитить, — упирая ладонь ему в грудь, отодвигаю на безопасное расстояние. Точнее, он сам поддается, я бы эту скалу с места не сдвинула.
— Никто не поверит в фиктивные отношения, — продолжает злиться командир. — Для убедительности…
— Для убедительности я составлю список того, что мы будем делать и чего делать категорически не будем, — перебиваю Багирова.
— Я понимаю, что нам придется изображать влюбленных…
— Кого изображать? — скептическое выражение на лице майора мне не показалось. Да, с «влюбленностью» я погорячилась. Но соглашаться на то, что я простая давалка командира, не буду. Моя репутация дороже. Хочет тишины и мира, пусть старается.
— Влюбленных, — спокойно повторяю.
