Ангел — Грандмастер, спору нет. Но именно он сам слил большую часть своей силы в никуда, когда в самом начале боя начал разбрасываться техниками без разбора, сыпал ими вслепую, как фейерверками наугад. Он тратил не только силы Габриэллы но и свои.
Пока он пытается восстановиться, я продолжаю давить на него псионикой. Волна за волной методично, без перерывов. Он старается гасить мои атаки светом, отбивается как может, но с каждым раундом всё заметнее: держится на остатках. Свет его ещё работает, но уже с натугой.
Сознание Габриэллы висит рядом, полупрозрачное, дрожащее. Леди-херувим продолжает рыдать, заливаясь слезами от осознания всего того, что успела наворотить. Ну да, глупая и злая девка — классическое горе в семье. Ничего нового.
Может, и исправится. Главное, чтобы не просто нюни распускала, а сделала из этого выводы. Все-таки плачет она искренне. Не напоказ. Её ментальные щиты спущены, и я вижу её сознание насквозь.
— Шеф, у нас гости! — прорывается в мой разум голос Воронова. Резкий, как выстрел.
Легат заметил проявление Тьмы на арене.
Из-под ног Ангела внезапно вырывается огромная тень. Чёрная извивающаяся масса выпускает щупальцы, хватает Ангела за ноги. Он не успевает отреагировать — и его с глухим звуком вбивает в песок арены. Из земли вырастают другие черные щупальца, они сливаются, переплетаются, образуют тучную черную масса. Ангел пытается выбраться из тенет щупалец.
— Брат! — беззвучно кричит Габриэлла. Хорошо, что я убивал ей звук, а то сейчас бы оглох.
— Очередная теневая тварь, — замечаю.
— Лорд Тень начал повторяться.
Я реагирую нестандартно. Никакой Лорд Тень не мог ожидать подобного, но телепаты умеют удивлять. Из моих крыльев вырывается плотное золотое облако. Оно разрастается и устремляется вперёд, охватывая тварь широким фронтом.
— Это же мой Дар! — восклицает поражённая Габриэлла, глядя с изумлением.
— Верно, леди, — киваю, не сбавляя концентрации.
Облако накрывает щупальца твари, охватывает их, и те начинают лопаться, рваться, рассасываться, как хирургические нити.
Они отпускают Ангела, и тот, потеряв опору, глухо падает на арену, как мешок цемента.
— Сама займись зверюшкой, леди, — обращаюсь к блондинке. — Но без шуток, поняла?
Я ментально передаю ей вожжи управления своим же Даром. Она тут же кивает, лицо мокрое от слез.
— Спасибо за доверие, король! — говорит Габриэлла, отбрасывая с лица белокурую прядь. Это всего лишь ментальная проекция её облика, встроенная в сознание как шаблон поведения.
