— Надеюсь, ты поступишь как мужчина.
Я не колеблюсь. У меня нет привычки страдать всякими тщедушными глупостями. Просто подлетаю. Один взмах клинка, и всё решено.
Чёрное крыло с хрустом отсоединяется, отлетает в сторону и падает, медленно вращаясь в воздухе. Оно исчезает в теневом портале Ломтика, распахнувшемся точно внизу.
Пригодится. Потом изучим — спокойно, по слоям. Место рассечения я заживляю с помощью лекаря-легионера.
Сознание Габриэллы рядом со мной всхлипывает. Голос — тихий, сдавленный:
— Брат пожертвовал победой ради меня… А я хотела его уничтожить…
Но девичье слёзы сейчас не важны.
Я поворачиваюсь к Ангелу, который на одном крыле тяжело спланировал вниз на песок арены. Больше летать он не может.
— Что дальше, Филинов? — хмуро роняет он.
— Как что? — усмехаюсь. — Продолжим бой. Или вы сдаетесь, лорд?
Он удивленно поднимает брови, а потом, благодарно кивнув за второй шанс, оскаливается и взмахивает глефой.
— Никогда! Продолжим бой, король Данила! Пускай победит сильнейший!
* * *Арена Организации, Сторожевой город
Лорд Трибель был в ярости.
И в ужасе.
Габриэлла лежала на мраморной плите, исцеленная. Её золотые крылья вновь обрели сияние и дрожали в полудрёме, будто пытаясь расправиться. Тело блондинки было восстановлено, жизненные потоки наладились, но она всё ещё не приходила в себя. Её лицо оставалось безмятежным, а ресницы неподвижными. Да только выздоровление блондинки пугало Трибеля. А также его терзали слова королевы-друида Лакомки о браслете. Если это не только антимагический металл, то что еще?
По-видимому, Лорд Тень допустил роковую ошибку.
И не только он.
Трибель мрачно вспомнил свою неосторожную реплику, брошенную Габриэлле накануне ее обморока. Он сам, своими устами, признался в чём-то, в чем не следовало. Если она проснется, то сдаст Трибеля. Конечно, прямых доказательств его связи с Лордом Тени не было — фраза звучала двусмысленно, мало ли о каком общем знакомом он говорил. Но факт оставался фактом: он сказал слишком много.
Трибель резко выпрямляется и жестом зовёт к себе сира менталиста из младшего Доама, давно находящегося под его влиянием.
Сир подходит молча, в полупоклоне. Они обмениваются мыслеречью, не произнеся ни слова вслух.
— Что ты ощущаешь в Габриэлле? Где, Астрал тебя побери, её сознание? — требовательно посылает Трибель мысленный вопрос.
Сир, сосредоточившись, прикрывает глаза. Несколько секунд он ищет, прощупывает, скользит вдоль мозга Габриэллы, прежде чем медленно качнуть головой.
