Честно говоря, я ожидал, что златокрылая просто повторит мою атаку. Но она меня удивила. Выпустила десятки крошечных облаков, золотистых, сверкающих, как миниатюрные солнца. Они слаженно обрушились на тварь со всех сторон."
"Прикольно. Я ещё не успел досконально изучить все техники Габриэллы, да и не думал, что она в принципе способна на такую тонкую работу. Кажется, я не зря доверил ей закончить бой.
Тень корчится, извивается, вопит. Облака впиваются в щупальца, разрывают её основу.
— Не добивать, — приказываю, прежде чем Габриэлла успеет перейти к финальному удару.
Не пропадать же добру. Эту зверушку стоит пристроить к стае Ломтика. Экземпляр редкий.
Габриэлла не спорит. Она слушается, как будто у неё внутри сработал новый рефлекс. Всё-таки проклятые события кого угодно учат дисциплине.
Я поднимаюсь в воздух, плавно пролетаю над ареной, скользя вдоль места боя. Остатки щупалец распадаются, исчезая в световой пыли. Я поднимаюсь выше, к ложам, вглядываюсь в толпу ошеломленных зрителей.
А вот лорда Трибеля уже и след простыл.
Смылся тихо и по-деловому, понимая, что ляпнул Габриэлле лишнего — то, что при пробуждении она наверняка вспомнит. А значит, могло стать проблемой. Он не стал дожидаться последствий.
Одна из стен стеклянного аквариума отодвинулась, и над пропастью встал лорд Димирель:
— Король Данила, вы используете Дар моей дочери!
— Верно, лорд. Леди Габриэлла в безопасности, — киваю. — Сейчас она со мной, мне пришлось её спасти.
— Вот как… — растерянно бормочет лорд.
Конечно, сам Дар Легиона (известный как Рой) не представляет загадки для разведки Дома Лунокрылых, как и для остальных всех желающих.
О роде Филиновых легко найти всю информацию. Вопрос лишь в том, сколько легионеров я имею, и вот это точно нужно скрывать. Но Габриэлла не задержится в моём Легионе.
— По-моему, бой пора прекращать, — громко заявляю я, перекрывая гул и шёпот, прокатившийся по аквариуму. — Лорд Ангел уже не в кондиции сражаться.
— Вы правы, — кивает лорд Эрос и даёт знак краснокрылому судье.
Медики выбегают на арену за Ангелом. Его поддерживают под руки два Целителя, он еле держится на ногах, лицо бледное, крыло дёргается.
Я между делом успеваю подчинить теневую осьминожку и стянуть её к себе в тень. Она уже была ослаблена, шевелилась вяло, почти не сопротивляясь — потому я не стал тратить силы лично, передал задачу Ломтику.
Пара его гарпий без палева высунулась из тени и, не поднимая лишнего шума, черными клювами аккуратно затащили осьминога внутрь.
